Г.Р.О.М.

— Можешь выбивать силой, но все причастные уже в курсе, что за ними скоро придут, — размеренно произнёс я, глядя ему в глаза. — Только время потратишь впустую. Виновные скроются, оставят только козлов отпущения. А толку тебе от барыг мелких? Ты даже не знаешь, кто именно ту дозу дал.

— Вот как, — он усмехнулся. — А тебя с толку не собьёшь, даже не вспотел."

"— Не в сауне, чтобы потеть. И я предлагаю не просто кого-то одного наказать — а всех разом, пока возможность есть. Толку-то кого-то одного ловить? Даже если его пристрелят, да даже если ты сам кого-то одного грохнешь, то ничего не изменится, проверено.

Надо иначе действовать. Всем разом, говорю. Уже много кто хочет в этом поучаствовать, много у кого в городе эта банда поперёк горла стоит. Вот и я к тебе пришёл, когда все данные собрал.

— А ты хорошо подготовился, — Иванов поднялся и подошёл к сейфу в углу.

Два человека в штатском молча вышли, прикрыв за собой дверь. Значит, пока говорим спокойно, но всё может измениться в любую минуту.

Иванов тоже любит испытывать людей, но в отличие от Некрасова из РУБОП, вопрос стоял не в уважении.

Иванов может серьёзно испортить жизнь тем, кто ему не понравился. Иллюзий я не строил, человек это жёсткий и опасный, но работать с ним можно.

— Я долго готовился, — произнёс я, — и все козыри у меня на руках. Я знаю имена, знаю, кто помочь тебе может из местных. И сам помогу, но и я к тебе не просто так пришёл.

— В сделках не участвую, — бросил он, ковыряясь в сейфе.

— А кто про сделки говорит? Мы на одной стороне, и против одного и того же боремся.

Но у меня младший брат есть, кто может в замес попасть из-за этого. Родной мне человек, один из немногих, кто остался, но запутался, а я всё исправить хочу. Ты меня понять должен. У тебя же второй сын растёт, тебе его в люди вывести надо. Давай этот вопрос закроем. Кого надо — того наказать, а потом дальше жить. Время-то сложное, надо родных сейчас держаться. Больше некого.

— Вот вчера очень хотел с тобой поговорить, — хрипло сказал Иванов и достал из сейфа бутылку коньяка.

— И даже поручение дал тебя найти. И вижу, что не зря разговора ждал, говорить ты умеешь. Ладно, чё тебе надо? Капитализм настал, никто просто так ничего не делает, это я понимаю.

Зазвонил телефон, он поднял трубку и через десяток секунд положил её, не сказав ни слова. Пробили про меня, что смогли, и доложили ему. Но это я ожидал.

— Надо мне немного, — сказал я. — Назову я тебе имена, но с одним из этих людей связан мой брат.