Фронтовик не промахнется! Жаркое лето пятьдесят третьего

Но сейчас надо убийцу или убийц искать. И ещё вопрос занимал. Почему убийцы часы не взяли? Они почти на виду, искать не надо. Спугнули? Или не за ценностями приходили. Скажем – отомстить. Мотивы могут быть разные, но это очень важно. Цель бандита, разбойника – нажиться, деньги взять, золотые изделия. Продолжили осмотр. В кабинете хозяина обнаружили открытый небольшой сейф, встроенный в стену. И, похоже, встраивал его не убитый хозяин, поскольку сейф зарубежного производства и дореволюционный. Но открытый ключами, коих два, по числу замков.

Понятые подписали акт осмотра, ушли. Андрей допросил под протокол приходящую прислугу, отпустил. Наконец приехала труповозка, забрала трупы. Можно опечатывать квартиру. Вдвоём с Пименовым прошлись по квартире, полюбовались мебелью, как в музее.

– Живут же люди! – вздохнул Пименов.

– Уже не живут, Володя.

– А сколько работяг, у которых от зарплаты до зарплаты, убивают – по пьяной лавочке, в драке.

– Завидуешь красивой жизни? Сам знаешь – у воров поговорка есть: «Лопатник с собой в гроб не возьмёшь».

– Ну да, потому всё прожигают, проматывают.

Квартира осмотрена, пора уходить. Пименов на кухню прошёл, где стоял замечательный, большой и белый финский холодильник «Розенлев».

– Любопытно, что они ели-то?

Открыл дверцу, замер. Окорок, икра в банках чёрная и красная, в морозильнике большой кусок белорыбицы, судя по чешуе – осётр.

– Андрей, давай икру слопаем. Я не завтракал, есть хочу. Всё равно же пропадёт. Если наследники есть, раньше чем через полгода их сюда не пустят.

Андрей поколебался. Икры хотелось, однако же не своя. Пименов, не дождавшись ответа, взял банку, вскрыл.

– Сейчас хлеб найду.

Менять решение было поздно. Откажешь – Пименов обидится. Велика ли баночка? Всего сто сорок граммов. Для двоих молодых мужиков что слону дробина. Вкусно, но Андрей внутренний дискомфорт чувствовал.

Пименов дверцу холодильника открыл, морозильной камеры.

– Закрой! Отведал икры и будя! И язык на замке держи. Узнает начальство – выпрут.

– Сейчас.

Пименов выудил из морозильной камеры пакет. Плотный, из прорезиненной ткани. Как он только его углядел за куском осетра?

– Что бы это могло быть?

– Разверни.

Пакет резинкой перетянут. Резинку сорвали, из пакета вытряхнули на стол три сберкнижки.