Фронтовик. Без пощады!

– Блинов, что тут у вас?

– Сопротивление подавлено. В доме трое убитых, на чердаке пулемет и пулеметчик, я двоих послал проверить.

– А где твой командир, почему не вижу?

– Пулеметчик первой очередью снял. И еще троих рядовых.

– Так, выходит – ты командовал?

– Никак нет. Вон, сержант Фролов из оцепления.

– Хм. – Офицер оглядел Андрея. – Фронтовик?

– Три года в полковой разведке.

Офицер открыл полевую сумку, достал листок бумаги и записал фамилию Андрея.

– Из какого отделения?

– Двадцать второе.

– Молодец, я сообщу командованию.

В это время что-то тяжело упало на землю за окном. Потом в двери вошли двое солдат. Один нес перед собой немецкий ручной пулемет «МГ-34». Сбоку болталась лента с патронами.

– Наповал в грудь, товарищ лейтенант, – доложил один из солдат.

– Кто его? – Офицер приготовил карандаш.

– Похоже, я, – признался Андрей.

– А этих? – Офицер ткнул карандашом в труп, лежавший в коридоре.

– Этих из револьвера – с винтовкой в доме несподручно.

Офицер поморщился. Выходило – четверых бандитов убрал милиционер из оцепления.

– Товарищ лейтенант, ваши бойцы огнем подавляли вооруженное сопротивление бандитов, не давали им вести прицельный огонь. Без них я бы не смог подобраться к дому. Особенно отличился сержант Блинов – он провел подчиненных по ложбинке к самому дому, – приукрасил события Андрей. Зачем ему слава? За перестрелку с бандитами орден не дадут – не немцы.

Офицер намек Андрея понял – он строчил карандашом. Во взводе потери, и ему оправдываться надо. Однако и объяснение всему серьезное имеется – пулемет. Вещественное доказательство нешуточное. Пулеметчик в голом поле целую роту задержать, а то и положить может.

– Отлично! Блинов, все оружие собрать, отнести в грузовик. Трупы бандитские туда же. Здесь четверо, и у нас трое.

– А раненых наших куда же? И лейтенанта с рядовыми?

Вопрос Блинова поставил лейтенанта в тупик.

– Ладно, в один грузовик бандитов, в другой – наших.

– Товарищ лейтенант, разрешите обратиться? – вмешался Андрей.

– Разрешаю.

– В первую очередь, наших раненых перевязать надо и первой же машиной отправить. Мертвым торопиться уже некуда.

– Сержант! – повысил голос офицер. – Попрошу мне не указывать!

Андрей вышел на улицу. Ну и дурак ты, лейтенант. В первую очередь о раненых позаботиться надо.