Фронтир

— Давай заводи машину! Кто остается, пусть себе остаются, а мы тут и часу не задержимся! Смерти нашей хочешь?! — продолжала сама себя накручивать полнотелая молодуха.

Послышались приглушенные голоса, в которых сквозило недовольство. По большей части роптали женщины, что неудивительно. Мало того что несколько дней провели с минимумом удобств на не приспособленных для проживания посудинах, так еще и арачи расстарались на славу.

— Мила, ты чего разоралась? Брыль, а ну приструни свою бабу, не на базаре! — как видно признав вновь прибывших, выкрикнул Высек.

— Ты, Высек, за своей бабой смотри, — огрызнулся Брыль, — со своей я и сам разберусь. — Но жену все же слегка дернул за рукав, эдак чтобы не особо заметно.

— Значит, так. Никто и никого здесь силком держать не станет, — подняв руку, чтобы привлечь внимание, возвысил голос Сергей. — Если пожелаете, то с первым пароходом отправитесь обратно. Мое слово крепкое, о том вам каждый скажет. Насчет арачей не беспокойтесь. Сюда они не сунутся, потому что тут уже земля куроки.

— А чего это ты про соседство говорил-то, коли нам не жить здесь? — опять подала голос Мила.

— А ты, красавица, за себя говори, — возразил Сергей. — И потом, сама подумай: а ну как сейчас займешь дом да решишь остаться, а соседи не в радость? Или, думаешь, раз дома свободные имеются, то сможешь словно блоха скакать, пока не умаешься?"

"Толпа ответила дружным хохотом, а Мила, залившись краской, прикрылась платком.

Первыми район причала покинули холостяки, которых увел старичок, комендант мужского общежития.

Следом потянулись одинокие женщины. Их уводила Ляля, из бывших падших, пока еще не нашедшая себе пару и заведовавшая женским общежитием. Ляля умудрилась организовать повозку, на которую ее подопечные уложили свои нехитрые пожитки.