(не)свободные, или Фиктивная жена драконьего военачальника (СИ)

— Не откажусь, — ледяной взгляд прошил меня насквозь. Стало вдруг холодно. — Платок, — напомнил дракон.

— Да… — я неловко стянула покров с головы, и провела тыльной стороной ладони по щекам.

— Сажа вам идёт, — он впервые улыбнулся, что преобразило его лицо.

— Мунна взрывоопасна. Попала на очаг. Мне подпалило лицо, — сбивчиво объяснила я.

— И брови, — подтвердил он."

"— Да, брови, ресницы, — я вновь провела ладонью по пострадавшему лицу. — Хоть сейчас под венец.

О, Великие Воды Межмирья, неужели я только что пошутила?

— Да, кстати.

— Будут! — слишком горячо воскликнула я. — Близость. Она неприемлема.

— Ох, бедняга, — тихо фыркнул под нос Салливан.

— Я пропишу, что только по вашему желанию, — сдержанно заявил Вилдбэрн, а мои щёки начал стремительно наполнять румянец.

Как же стыдно обсуждать такое…

— Это… хорошо, — вымолвила я еле слышно и отвернулась.

Так, нужно принести обезболивающее и согреть ужин.

— Что ты рычишь? — донёсся до слуха шёпот Салливана.

Обычный человек его бы не услышал, но я не обычная. У меня много тайн, и каждая из них опасна.

— Брови отрастут, и очень даже ничего.

— Без разницы, — хмыкнул дракон, и я вздрогнула, иррационально ощутив укол в груди.

Я не писаная красавица, особенно сегодня, но зачем настолько пренебрежительно?

Так, Джослин, соберись, тебе нет дела до мнения этого дракона. Вы подпишите контракт, тётя его вылечит и вы разбежитесь по разные стороны страны.

Итан Вилдбэрн

— Давно я не ел ничего настолько вкусного, — похвалил Калеб, подмигнув замершей у очага Джослин.

Девушка смущённо потупила взгляд, чуть опустив голову. Сама невинность…

— Согласен, вкусно, — подтвердил я.

Не врать же. Мясо просто таяло на языке, букет специй наполнял блюдо особенным ароматом, оставляя приятное послевкусие. И только вежливость не позволяла попросить добавки. Женщины не ждали гостей, готовили лишь на себя. Мы оставим их без еды.

— Я рада, — несмело улыбнулась девушка, но взгляд зелёных глаз оставался настороженным.

Она боялась нас, я видел это, чувствовал. И не удивительно, ведь мы принеслись ночью, сломали защиту их дома.