Фрагменты (сборник)

Чокнутый или нет – это под вопросом, конечно, но его профессиональные шуточки и дебильные улыбки раздражали жутко.

– Все поправимо, – наконец-то произнес Петр Яковлевич.

Миша ждал этого с того момента, как доктор пригласил его войти, но сейчас, после шуток, эти слова стали неожиданными. Конев, пообщавшись с Петром Яковлевичем, ждал уже только подвоха.

– Я ведь не далее чем неделю назад повеситься хотел.

От подобных откровений Михаил заерзал на стуле. Единственная здравая мысль посетила Конева в это мгновение.

Он точно чокнутый, – подумал Миша и, пересев на край стула, напряг ноги, приготовившись в любой момент сбежать.

– Так что все лечится, уважаемый.

Миша удивился и обрадовался одновременно. Продолжения сопливой истории не последовало. Хорошо.

Доктор открыл ящик стола, порылся там… Достав коробочку в полиэтилене, поднял до уровня плеч, дебильно улыбнулся и произнес:

– С Дон Гуаном ублажишь любую даму.

Миша растерялся. Будь у Петра Яковлевича желание ударить его, он сделал бы это с легкостью.

– Это типа слоган такой, – пояснил Петр Яковлевич и положил коробку перед Михаилом на стол. – Берите, они помогут. – Он откатился на стуле и, раскинув полы халата в стороны, показал на вздыбившийся бугор. – А я ведь повеситься хотел.

Улыбка не сошла с его лица, даже когда Миша взял лекарство и пошел к двери. К доктору уже спешила его помощница. Миша задержался у двери и, услышав щелчок закрываемого замка, улыбнулся.

А я ведь повеситься хотел, – вспомнил Конев и вышел в коридор, выложенный белым мрамором.

Надежда вернулась.

Две пилюли он выпил еще в машине. Моментального эффекта Михаил не ждал, но все-таки что-то должно было случиться. По дороге на работу он заглядывался на девушек, раздевшихся по случаю ранней весны. Еще несколько недель назад он это делал с интересом, сейчас даже после приема чудо-пилюль интереса не возникло. Влечения, заложенного природой, в нем так и не появилось.

Уже на своем рабочем месте Миша принял еще одну пилюлю для верности и только после этого решил прочитать инструкцию.

Содержимое листка, вложенного в коробку с таблетками, отнести к инструкциям можно было с большой натяжкой.