Фракция

Людей, места, предметы быта, представляющие опасность! Для них мир делится на четыре категории — опасность, еда, неисследованная область и возможности.

В том, как преподавал Махиндер, чувствовался многолетний опыт работы со студентами. Индус играл словами из русского языка, как матерый шулер, держащий в рукаве крапленые карты. Он был в своей стихии! Словечко тут, прикрикнуть на студентов, особая интонация в начале новой темы и шуточка в конце, чтобы рассказанная лекция ассоциировалась с неким набором эмоций.

Махиндер играл со своей аудиторией, раскачивая ее коллективный эмоциональный фон. Маэстро стало скучно и он вывел студентов на дикий смех, рассказав анекдот. На шум заглянул кто-то из проходящих мимо преподавателей. Стоило тому закрыть дверь, как она основа открылась и Махиндер публично пожурил опоздавшего студента, напомнив, что экзамен по его предметам будет сложным.

В ловких руках Чувстволога аудитория стала кораблем, раскачивающимся на волнах моря эмоций, создаваемых его же пассажирами.

Когда прозвенел звонок, вдохновленные студенты одарили Махиндера аплодисментами. Браво, индус! Я аплодировал вместе со всеми. Такой мастер-класс, он Искателям Истины никогда не показывал.

Когда аудиторию покинули все студенты, улыбающийся Махиндер закрыл за нами дверь, сам оставшись внутри. Спустя пять секунд я стоял за спиной индуса, телепортировавшись прямо внутрь запертого помещения.

— В театре даже зрители могут стать частью спектакля.

Услышав голос на спиной, Махиндер обернулся.

Он не был взволнован или удивлен.

— Мы с вами знакомы, молодой человек? Не помню вас на своих лекциях до сегодняшнего дня.

— Когда мы с тобой последний раз общались, я как админ написал «Пусть правда живет вместе с нами».

Индус посмотрел на меня с нескрываемым недоверием.

— Ты? Чудо? Не смеши мои подмышки. Когда сообщество Сикеров создавалось, ты пешком под стол ходил!

— Нет, мне было уже шестнадцать.

— Вы! Не он! — Махиндер покривил лицом.

 — Чудо, которого я знал говорил на шести языках и знал о мире Земли больше, чем кто-либо.

— На семи языках, Махиндер. Я говорил на тот момент на семи языках. Сейчас — на двенадцати земных и пяти иномировых.

Заинтересовавшись услышанным, Чувстволог сделал несколько шагов к своему столу. Он смотрел на меня не отрываясь.

— Если всё это правда, диковатое же ты Чудо! — индус сел за свой стол, доставая из сумки термос с каким-то напитком.