Формула моей любви

Она какое-то время внимательно изучала выражение его лица и спросила:

– И как ты себе это представляешь?

– Просто. Будем жить вместе, ты, я и малыш, – изложил он свой план и добавил: – И все наши конечно же.

– Прекрасно. А спать мы с тобой тоже будем вместе или по-прежнему останемся друзьями? А, Марк?

– Нет, – очень серьезно заявил Марк.

– Что «нет»? – недовольно переспросила Клава. – «Нет» – мы не будем спать вместе и любить, или «нет» – не останемся просто друзьями?

…и именно в этот момент по никем еще не отмененному закону подлости и совершенно по-киношному не вовремя затренькал телефон Марка, лежавший на журнальном столике рядом с расстеленным диваном.

– Не бери телефон, ответь мне! – возмущенно потребовала Клавдия.

– Я сейчас… – пообещал ей Марк и, сев рывком, сразу же ответил звонившему.

Клавдия медленно втянула в себя сколько могла до упора воздух, задержала дыхание, прикрыв глаза, и, резко выдохнув, решительно поднялась с дивана и направилась в ванную комнату.

«Так что нет-то?!» – негодовала она, с остервенением начищая зубы.

С ума сойдешь с этим Марком Светловым!

Когда она проходила из ванной в кухню, он все еще продолжал разговаривать с кем-то по телефону, отдавая распоряжения суровым начальственным тоном и расхаживая при этом по комнате из угла в угол.

Ну и пусть, злилась на него Клава. Нет, ну кому понравится: «Он нам не подходит, у него другой мир», – передразнила она мысленно Светлова, а у тебя, значит, прямо всем мирам лучший мир на свете!

Провел с женщиной совершенно потрясающую, великую ночь любви, такой любви, от которой вы оба теряли сознание, вместе переносились в иную реальность – и на следующий день струхнул, – ай, ай, только не это, замените расстрелом! Нам нельзя, нельзя! Исключительно дружба на все времена – етить коромыть – чистая дружба спасет нас от расставания!

И так она все распаляла себя мысленным ворчанием, пока готовила завтрак.

– Мне надо в Центр, там какая-то ерунда с данными, – заявил Марк, входя в кухню.

– Сегодня суббота, – напомнила ему Клавдия, старательно сохраняя спокойный тон и медленно помешивая варящуюся в кастрюльке кашу.

– Но данные надо обрабатывать, – объяснил он.

– Понятно, – кивнула Клава, – то есть поговорить нормально нам не удастся, я правильно поняла?

– Овсянка? – потянул носом Марк. – Класс! Больше полугода не ел твоей овсянки. Я вернусь из Центра, мы сядем и спокойно все обсудим. Обещаю. Все, я в душ.

– Охо-хо, – смиренно вздохнула Клавдия ему вслед.