Формула одиночества

Когда-то я учился в школе КГБ вместе с их начальником. Так что я владею всей информацией.

Марина покачала головой:

– С вами не соскучишься. Но раз мы заговорили об Абхазии, то у абхазов есть такое слово «аламыс». Если ты поступаешь по аламысу, значит, поступаешь по совести. Я поступлю, как мне велит моя совесть, даже если это идет вразрез с законом. Не люблю пафосных слов, но если мачеха замешана в грязных делах, нужно разоблачить ее немедленно. Если не замешана, пусть живет себе и здравствует.

– А что еще подсказывает ваша совесть? – тихо спросил Олег.

– И совесть, и интуиция мне подсказывают, что такой человек, как Ольга Борисовна, свой барыш не упустит. И не дай бог, если это как-то связано с гибелью отца...

– Запомните, преступников у нас карает государство, и если вы усвоили, что такое аламыс, это не значит, что вы усвоили другие обычаи, к примеру, кровную месть, – жестко посмотрел на нее Субботин. – От вас требуется проверить тайник, заглянуть, если получится, в компьютер и изъять на время записную книжку.

И затем закрыть свой рот на замок. Остальные действия за мной.

– Понятно, я забыла, что имею дело с профессионалом. На какое время мы наметим это мероприятие?

– На два часа ночи. Но как вы собираетесь проникнуть в комнату мачехи?

Марина пожала плечами:

– Так вам сразу все и расскажи.

– Все-таки вы мне не доверяете?

– Простите, но я мало кому доверяю. Слишком часто меня обманывали.

– Хорошо, принимается, – неожиданно легко согласился Субботин.

 – Говорите, где мы встретимся?

– За флигелем тоже есть беседка, – сказала Марина. – Ждите меня там.

– Что нужно взять с собой? – спросил Субботин.

– Ничего не нужно, я сама обо всем позабочусь, – усмехнулась Марина. – Я ведь не кисейная барышня. Надеюсь, вам это тоже известно?

Олег скорчил комичную гримасу.

– Вы не поверите, я все время слежу за вашими успехами. И это не только профессиональный интерес. Я ведь когда-то был тайно в вас влюблен, но вы всегда были кем-то увлечены.

Тем же Молодцовым... Затем Семеном. Но против Семена я ничего не имел против. Он был хорошим малым. Сильным, смелым, напористым... Мне же не хватало смелости пригласить вас даже на танцы. Да ладно, – Субботин махнул рукой, – дело прошлое, молодое! Зачем вам это знать! Давайте уж расходиться! Желательно по одному, в целях конспирации.

– Но мы пришли сюда вдвоем, что люди подумают? – улыбнулась Марина.