Формула одиночества

– Как ты смеешь? – низким грудным голосом произнесла она и снова села на постели, не заботясь о том, что кимоно распахнулось, явив свету пышную грудь в дорогом бюстгальтере. – Я всю молодость отдала твоему отцу и Ясенкам. Я себя здесь похоронила ради них. Я...

Марина движением руки остановила взволнованную тираду.

– Только не надо о жертвах. Здесь вы получили все, что хотели. А без помощи отца вы ни за что бы не защитились. Я ведь в курсе, как вас тянули за уши с курса на курс в Архивном институте. Но вы вовремя влюбили в себя отца, потому что в тот момент он был вам выгоден.

Вы не могли не понимать, что он почти на тридцать лет вас старше и у него есть дочь, которая всего на десять лет младше вас. Какой матерью вы собирались стать для меня? И зачем вешать лапшу на уши Молодцову? Он ведь в курсе наших с вами отношений.

– А ты злая, – устало сказала мачеха и откинулась на подушки. – Не можешь простить, что я отняла у тебя отца? Только что значит – отняла? Ты все равно не осталась бы в Ясенках.

Ты у нас птица большого полета. А ты задумывалась, каково отцу в одиночку тащить этот воз? Ты когда-нибудь интересовалась, как мы тут выживали в девяностых? Твоего отца чуть не посадили за незаконную предпринимательскую деятельность. Это я вовремя подсуетилась, привлекла Молодцова... А так неизвестно, что бы случилось! Но тебя это не интересовало. Ты занималась своими раскопками, писала диссертации, публиковалась. Куда тебе до нас, нищих и грешных!"

"– Ольга Борисовна, не переворачивайте все с ног на голову.

Вы прекрасно знаете, почему я здесь не осталась. История с колье. Вы забыли, как оно исчезло? Вы же намеренно подложили его в мой шкаф, а когда я перепрятала его в тайник и оно оттуда странным образом испарилось, меня же обвинили в воровстве.

– Я не подкладывала, – быстро сказала мачеха. – Милиция это не смогла доказать. Ты его спрятала у себя, чтобы досадить мне. Я ведь хотела надеть его на презентацию новой книги Аркадия Сергеевича. А колье мог украсть кто угодно, милиция ведь не смогла выйти на грабителей.

И как оно попало на аукцион, тоже до сих пор неясно. И с чего ты вдруг наехала на меня? Твоя же вина тоже не доказана...

Марина в упор посмотрела на нее и махнула рукой.

– Не доказана. Конечно, не доказана. Но кто угодно не знал о тайнике в моей комнате. А вы добились своего – поссорили меня с папой.

– Поссорила? – округлила глаза мачеха. – Вы же с ним помирились. И вообще, кто старое помянет, тому глаз вон.