Формула одиночества

Бандиты нехотя отошли от Игоря и, окружив его полукольцом, принялись поправлять на себе амуницию. Игорь медленно поднялся и сел, опираясь на левую руку, а правую, окровавленную, всю в синяках и ссадинах, приподнял и прохрипел:

– Масленица!

Один из вновь прибывших бандитов резко обернулся.

– Масленица? Ты? – Он приблизился к Игорю и приставил ствол автомата к его голове. – Жив, сволочь! – И что-то гортанно выкрикнул в сторону толпившихся в стороне бандитов.

– Жив, Гиви, жив! – скривился Игорь, коснувшись ладонью ссадины на голове.

 – А ты, вижу, шакалишь на дорогах?

– Ты – кровный враг моего брата, Масленица, а значит, и мой враг!

Тот, которого Игорь назвал Гиви, приблизился к нему и неожиданно ударил его ногой в лицо. Игорь упал навзничь, кровь из разбитого носа и губ залила голову и густой струйкой потекла по щеке в придорожную пыль.

Пассажиры «уазика» потрясенно молчали. Только сейчас Марина поняла, что прижимает к себе Вадика, а тот трясется, как от холода, и что-то шепчет побелевшими губами.

«Арсен! – пробила вдруг голову мысль.

 – Где же Арсен?»

Марина бросила взгляд по сторонам. Арсена нигде не было видно, впрочем, как и бандита, который хотел поживиться его «лифчиком» и ботинками.

Но это заметили и бандиты.

– Гоги! – вскрикнул один из них и показал на камень, на котором Арсен должен был снять свои ботинки. Камень лежал на месте, но рядом с ним ни ботинок, ни старого владельца, ни нового...

Забыв об Игоре, бандиты бросились к обрыву, столпились на краю и стали что-то возбужденно обсуждать, заглядывая то вниз – в пропасть, то вверх – на почти отвесную скалу, в основание которой уткнулся капотом «уазик».

Несколько бандитов, цепляясь за корни деревьев, попытались обследовать ближайшие камни, но умноженный эхом грохот обвала подтвердил, что эти попытки бесполезны и опасны для жизни.

О пассажирах «уазика», похоже, тоже забыли. Игорь лежал на дороге, неестественно подвернув под себя руку. Засохшая кровь, стянув кожу, покрыла его лицо и шею ржавой маской. Рядом струился крошечный ручеек.

Марина, поглядывая с опаской на бандитов, осторожно приблизилась к Игорю и взяла его за руку. Пульс еле прощупывался, но открытых ран она не заметила. Правда, могли быть внутренние повреждения. После тех ударов, которыми его наградили бандиты, в этом можно было не сомневаться. Но сейчас у нее не было времени, чтобы осмотреть раненого и оказать хотя бы первую помощь. Марина опустилась на колени и, намочив в ручейке носовой платок, приложила его ко лбу Игоря.