Формула одиночества

У Голубого озера они задержались надолго. Сабрина не успокоилась, пока Костик не выложил приличную сумму за серебряные украшения: серьги, парочку браслетов, какие-то кулоны с полудрагоценными камнями. Жора купил себе бутафорскую саблю, Вадик – набор кинжалов, Галина – три горячих хачапури с мясом. Марина выбрала себе узкий браслет с инкрустацией и трижды попробовала вино у продавцов, которые протягивали его в пластиковых стаканчиках и не отставали, пока она не сделала несколько глотков.

Жора, Вадик, Сабрина и Костик спустились к озеру, чья вода действительно отливала бирюзой. Оно разлеглось у подножия высокой и отвесной скалы в паре десятков метров ниже трассы. Берега самого озера и впадавшей в него горной речушки усыпали отдыхающие. Веселые, радостно-возбужденные, они громко перекликались, сновали вверх и вниз по лестницам и камням, с восторгом взирали на двух огромных павлинов, чьи резкие и довольно противные крики заглушали грохот водного потока и шум моторов на трассе, пялились на крохотного медвежонка и на печального ослика, на боку которого висело объявление: «Сниму кавказскую пленницу – 50 рублей».

Сабрина первым делом взобралась на лошадь. На ее плечи набросили бурку, на голову натянули косматую папаху, в руки дали допотопное ружье. Костик самозабвенно ее фотографировал: сначала на лошади, затем рядом с чучелом медведя, потом на огромном камне, где Сабрина села в позе андерсеновской русалки, и после уже без разбора везде, где ступала нога «маленькой ведьмы»: под пальмой, на фоне озера, на ослике и снова у прилавка с бижутерией.

Жора тоже взобрался на лошадь и принялся лихо размахивать саблей. Его примеру последовал Вадик, затем всем миром подтолкнули Костика под зад, и он тоже взгромоздился на лошадь. Вцепившись в поводья, он с опаской косился под копыта лошади, а та, чувствуя его страх, принялась нервно переступать ногами.