Физрук: назад в СССР

Белка спустилась со старой сосны, видимо, надеясь, что мы ее чем-нибудь угостим. Илга все молчала. Может ей захотелось просто помолчать в моем присутствии?

— Я долго думала о том, что вы мне рассказали, — наконец-то произнесла она.

— Это был бред! — отмахнулся я. — Мне просто хотелось вам понравиться.

— Вы мне понравились.

Вот это был сюрприз. Причем сказала она это так, как будто я у нее спросил: который час?"

"— Вы мне понравились, — повторила она, — но сейчас у нас разговор не об этом. Я понимаю, что вы, скорее всего, ни во что такое не верите, но тем не менее выслушайте.

Это называется метемпсихоз или — переселение душ. Чаще всего душа не помнит своего предыдущего воплощения, но иногда бывает, что какая-то информация сохраняется и человек живет с двумя душами… К понятию «двоедушие» это не имеет отношения, — уточнила она. — Так вот, две души не могут ужиться друг с другом, они соперничают за овладение телом, поэтому у человека часто меняется настроение, он совершает совершенно необъяснимые поступки, принимает взаимоисключающие решения. Если эта внутренняя борьба начинает прорываться наружу, такой человек привлекает внимание врачей. И его начинают лечить, но это бесполезно. Помочь такому человек мог бы духовный учитель, но все они живут далеко на востоке и для европейцев практически недосягаемы, а те кто на слуху, чаще всего шарлатаны и жулики.

— Спасибо за информацию, Илга, — сказал я, — но я со своей душой, даже если их у меня больше одной, как-нибудь сам справлюсь, без помощи психиатров и недосягаемых восточных учителей.

— Разумеется, решать вам, — откликнулась она. — Я лишь хотела рассказать вам о том, что мне известно.

— Я благодарен, правда!

— В таком случае, считаю свою сегодняшнюю миссию выполненной.

— И вы только ради этого меня искали?

— Да.

— А как же насчет того, что я вам нравлюсь?

— Это совсем другой разговор…

— Да, пожалуй…

И мы опять замолчали. Нам и в самом деле не о чем было говорить. Когда мы дошли до конца парковой аллеи, я увидел проезжающие такси с зеленым огоньком.

Поднял руку. «Волга» притормозила. Я сунулся в окошко, дал водиле пятеру и попросил отвезти девушку, куда та скажет. Обиделась ли Илга на мое скоропалительное решение отправить ее с глаз долой — не знаю. Ее немного бледное лицо осталось спокойным. Она села в машину и укатила, словно ее и не было. А я зашагал в общагу.

Нет, я понимал, что эта эстонская красавица и в самом деле хотела мне как-то помочь? В проницательности ей не откажешь.