Заноза для Лунного дракона

Что могло статься с княжной, я не знала, но хорошо догадывалась. Покушение на свободу и разум князя вряд ли оставят без внимания и должного наказания. Князь Альнитак тоже это понимал, но держался достойно. Только желваки на скулах и плотно сжатые губы выдавали его состояние. Тем не менее князь замер, сдержанно поклонился и снова заговорил.

– Я понимаю и приму любое ваше решение. И еще я хотел бы извиниться, – сказал он, натянутый словно струна. – Перед вами, ваша светлость, и перед вашей невестой. За все, что здесь произошло.

"Извинять не то чтобы не хотелось. Я особого зла на него не держала, но… не готова была прощать прямо сейчас. Услышать столько всего «интересного» в свой адрес мне еще не доводилось. Так что просто кивнула и отвела взгляд. Князь все понял, но настаивать на прилюдном и сиюминутном прощении не стал. Кивнул в ответ и ушел, сопровождаемый стражниками княжества Алиот.

А дальше начались проверки всех присутствующих на причастность к заговору. Да, были возражения и даже угрозы, что это незаконно, или «вы не имеете права», но их быстро подавили. Стоять и возмущаться после применения мощной ауры Идриса могли немногие. Даже нам за непроницаемым куполом стало неуютно, и Лия с Аисой все чаще стали поглядывать в сторону выхода.

– Вам нужно отдохнуть, леди, – сказал Риан, лишь взглянув в нашу сторону. – Допрос будет продолжаться до выявления всех виновных и может затянуться до утра, так что не стоит вам здесь задерживаться.

Я не возражала. Действительно устала за весь этот бесконечный день, за все время, проведенное в Алиоте. Казалось, что за пять дней пролетела целая жизнь, полностью изменив меня и мое мировоззрение.

Пусть уходить одной не хотелось, но уводить Риана с разбирательства я не могла. Это его долг перед княжеством и перед самим собой в первую очередь.

Наши мужчины остались в зале. Никто из них, к сожалению, не мог пока что покинуть место допроса, а нам не хотелось сидеть в одиночестве, поэтому было решено всем вместе пойти в малую голубую гостиную и там дождаться окончания разбирательства. А заодно и самим поговорить.