Заноза для Лунного дракона

Мельком заметила, что девушку никогда раньше не видела. И еще: хоть она была немного смущена и с опаской поглядывала на князя, но в то же время просто сияла от счастья. Как и Эд, кстати, трепетно державший ее за руку. Интересно, кто она?

– Я никого не оскорблял, – ответил Гарнар, протягивая непонятную штуку князю и отворачиваясь ото всех. – Сказать правду в глаза – это не оскорбление.

– Ты сказал не правду, а навязал девушке свои мысли и мировоззрение, очернив при этом нашу почетную гостью, – возразил Риан. – Я уже устал говорить тебе, что следует быть более сдержанным в своих высказываниях и отпустить прошлую ситуацию.

– Инцидентов, – презрительно фыркнул дракон, перебивая друга. – Эту подлость ты называешь инцидентом.

– Именно, Гарнар. Подобную подлость можно увидеть от кого угодно, не только от людей. Ты сам прекрасно знаешь, что нас сегодня ждет и кого мы…

Тут князь осекся, на секунду, не более, но я поняла, что на сегодня у него и других драконов запланировано что-то важное.

– Кого мы сегодня ждем, – закончил Риан. – Вполне возможно и даже ожидаемо, что им окажется не человек.

– Вы о ком? – с любопытством спросила неизвестная мне девушка.

– Да, ждем сегодня гостей, Лия, – улыбнувшись, ответил ей Эд и нежно поцеловал тыльную сторону ее ладони. – Много и разных. М-м, к ужину будут, верно, Риан? Сегодня же очередной конкурс, и претендентки на лапу и хвост нашего лунатика… ой, то есть великого князя, должны будут правильно их принять, сопроводить, ну и прочее.

Риан никак не отреагировал на «лунатика», только тяжело вздохнул, словно говоря, что ничем этого дракона не изменить.

– У вас сегодня бал? – удивленно переспросила девушка. – Разве отбор уже закончился и вы выбрали себе супругу? Я думала, он ещё два дня будет идти. Как правило, бал устраивают в самом конце.

– Выбрал, – коротко ответил Риан, взглянув при этом точно на меня.

Вот ничего такого не сказал, а у меня дыхание перехватило от этого простого предложения. От этого… обещания. Сейчас я была уверена, что Риан говорит обо мне, что ни на кого не променяет и никогда не обидит. Это волновало и радовало одновременно, а еще заставляло взволнованно кусать губы.