Финал

Ее эмоции казались хрупкими и сухими, как потрескавшаяся краска. Но Хулиан так старался подбодрить ее своим секретом, который на самом деле больше походил на подарок, неосязаемый, но полученный в самое подходящее время. Он мог бы сказать, что это его дар ей в устроенном ею состязании кавалеров, но не сделал этого. И Скарлетт не хотела омрачать нынешнее мгновение упоминанием о конкурсе или Николя.

– Идеально. – Ей даже удалось выдавить из себя улыбку. – Чтобы убедиться, что так и есть, предлагаю вместе попробовать его в деле.

Лицо Хулиана озарилось, губы растянулись в усмешке.

Скарлетт показалось, что кто-то постучал в дверь, но Хулиан, если и услышал, то не подал виду. Он не сводил глаз со Скарлетт, протянувшей ему хрустальный ключ, который сверкал еще сильнее, чем раньше, как будто она сказала именно то, что он хотел услышать.

20

ДонателлаТелла поняла, что нашла нужное место, когда увидела дверной замок в форме разбитого сердца, похожий на предупреждение, что того, кто попытается войти внутрь, не ждет ничего хорошего.

Телла постучала в дверь, и та немедленно распахнулась, впуская ее в игорное заведение Джекса.

Игральные кости со стуком падали на стол, а молодые посетители хлопали в ладоши, ставя на кон целые состояния, которыми даже не обладали, и собственные услуги, которые Джекс, без сомнения, потребует от них позднее. Все выглядели свежее и бодрее, чем прошлой ночью. Улыбки женщин не были смазанными, шейные платки мужчин оказались безукоризненно повязаны, а напитки не разлиты. Сегодняшний вечер только начался.

– Ну что за красавица? – протянула женщина с нарисованными на щеках красными бубнами, неторопливо подходя к Телле. Она была одета в тон рубашек игральных карт на столах: черно-белую полосатую юбку длиной до колен, обнимающую полные бедра. На ее приталенном жакете красовались блестящие пуговицы в форме карточной масти пик, а вот длинные рукава совершенно не соответствовали Сезону Зноя, заставляя Теллу задуматься, не спрятаны ли в них карты или оружие.