Финал

Пока мы не найдем другого способа уничтожить его, я остаюсь единственной, кто может – и хочет – это сделать. Телла, однажды ты сказала мне, что в жизни есть кое-что поважнее собственной безопасности…

– Я говорила о том, чтобы повеселиться, а не переезжать к убийцам!

– Едва ли кому-то из нас будет весело, если Упавшая Звезда захватит власть в империи. И мы обе знаем, что ты на моем месте поступила бы так же.

Скарлетт снова заключила сестру в объятья. У нее это всегда отлично получалось. Она точно знала, насколько крепко нужно прижать к себе, когда помолчать, а когда отпустить.

Телла крепче вцепилась в сестру. Она хотела продолжать спорить. Если она и дальше будет бороться, если поведает Скарлетт, как ей страшно, в красках расскажет об ужасной смерти Николя и напомнит о том, как Упавшая Звезда убил их мать, то сможет убедить ее остаться. Телле отчаянно хотелось так поступить. С другой стороны, она поклялась сделать все возможное, чтобы победить Гавриила, и была настроена решительно.

Она прильнула к Скарлетт. Небо окончательно потемнело, превратившись в колышущуюся черную ночь.

– Может, все же проявишь капельку себялюбия и подумаешь о собственном спасении, а?

– Хотелось бы, но не могу. Мне нужно сделать то, что задумала: ради себя, ради тебя, ради Хулиана и ради людей, которым мы только что помогли, – в общем, ради всех, у кого нет шанса сделать то, что по силам мне.

– Ключ можно украсть, – пробормотала Телла.

– Обещаю быть осторожной.

Скарлетт крепче обняла сестру, и в конце концов Телла сама отстранилась, хотя ей этого совершенно не хотелось. Но если Скарлетт собиралась вернуться к Упавшей Звезде, ей нужно сделать это как можно скорее, пока кто-нибудь не заметил ее отсутствия.

И любопытные глаза младшей сестры ей при этом совершенно ни к чему.

31

СкарлеттТелла отправилась в гостевые покои, чтобы привести себя в порядок и смыть приставшие к ней грязь, печаль и чувство вины, а Скарлетт осталась стоять в лучах лунного света, набираясь мужества для другого прощания, которого совершенно не хотела.

Хулиан, похоже, испытывал такие же чувства.