Фэнтези 2004

Не забудьте откупорить бутылку!

Профессор машинально исполнил требуемое — когда-то давно он так наловчился это делать, что участие мозга совершенно не требовалось. Подчиняясь той же старой привычке, Хлумиз отхлебнул из горлышка, прежде чем наполнять бокалы, и пришел к выводу, что вкус у иллюзии вина довольно тонкий.

— Ну наливайте же! — Агнешу раздражала медлительность толстяка.

Первый разговор не удался. «Отец», обнаружив перед собой взрослое чадо, просто не имеет права сдаваться так быстро. Он должен задавать каверзные вопросы, присматриваться к лицу дочери, угрожать вызвать полицию и вообще хоть немного страдать.

— Отец! — стоило Агнеше на минуту отвлечься, как Хлумиз словно задремал над тарелкой. — Отец, скажите мне откровенно: вы хоть немного рады? Или я мешаю вам? Одно ваше слово — и я навсегда покину этот дом!

— Вот как? — Профессор опять захрустел уткой, которую перемалывал вместе с большинством косточек.

— Да, так! — мрачно повторила девушка и сама налила обоим вина. — И мне хотелось бы, чтобы вы ответили!

— Вот как?

Только фантастическое самообладание удержало Агнешу от уголовно наказуемого деяния. Повертев бутылку в руках, она все-таки поставила ее на место.

— Так, значит, я ваша дочь и могу жить здесь сколько захочу?

— Ох, ох… — Хлумиз подпер толстую щеку ладошкой и задумался всерьез.

Агнеша не шевелилась, глядя профессору в глаза. Так прошло несколько минут. Наконец Хлумиз сдался:

— Да, Вселенная.

— Меня зовут Агнеша, Вселенная — это какая-то другая ваша дочка. Значит, могу жить, принимать гостей, хозяйничать? Да?

— Да, Агнеша.

— И мы с вами скоро пойдем в магистрат, где вы впишете меня в городскую книгу как свою единственную наследницу?! — Давненько Агнеша не была так близка к истерике.

— Да, Агнеша. — Профессор помнил, что после приезда в Ульшан бывал в иллюзии какого-то здания, очень похожего изнутри и снаружи на магистраты в других городах.

— Вы уснули опять?! Значит, завтра же и пойдем! — Агнеша наполнила только один бокал и залпом опрокинула его. — И я стану наследницей этого недурного домика в хорошем районе. Кто над кем издевается, а, профессор?

— Вот как?

Хлумиз действительно не знал, что ответить.