Фея в Академии Черного дракона

Оставшееся время я улыбалась и отсчитывала секунды до двенадцати, разглядывая платье и думая, как лучше уложить волосы…

Наконец, пробило двенадцать, морок стёк с меня, словно его и не было. Я вновь подумала об академии. Должно быть, в главном корпусе сейчас стало ещё более шумно — студенты встречали новый год звоном бокалов и хлопушками, наверняка вылетавшими даже из окон.

Трясущимися руками, полная сомнений, я взяла бельё. Одевалась медленно, наслаждаясь самим процессом, ощущая себя желанной и нужной.

Ощущая себя девушкой.

Шнуровка корсета была спереди, даритель позаботился даже о том, как я буду одеваться. Всё это вызывало одновременно и смущение, и радость. Он действительно думает обо мне, заботится и… мечтает? Что он воображал, покупая мне это бельё?

Вскоре раздался стук в дверь. Боясь, что Даарт пришёл так рано, я начала метаться по комнате, не зная, что делать, пока голос не подала горничная, готовая помочь мне с платьем. От облегчения я шумно выдохнула и впустила девушку.

Когда я подошла к зеркалу, держа в руках маску, стушевалась. Неужели это я? Я с трудом узнавала девушку в отражении: платье идеально село по фигуре, приподнимая тяжёлую грудь, привлекая взгляд к кулону морозной розы, лежащему в ложбинке. Длинные волосы окутывали меня, но не делали снежной неприступной королевой, их холодный цвет контрастировал с тёплым оттенком кожи, добавляя моей внешности необычности.

Я — настоящая фея. Не хватает только крылышек…

Внезапно в дверь гостиной постучали. Горничная приободряюще улыбнулась и отправилась открывать дверь, да и я вышла встретить гостя, не зная, что он скажет. Даарт был достаточно скуп на комплименты, интересно, сегодня тоже будет так?"

"Его высочество сегодня был при параде, волосы зачёсаны назад, из-за чего колечко-артефакт в ухе смотрелось уже не дерзко, а царственно, даже обруч из светлого металла тонкими переплетающимися прутиками обхватывал голову так… по-королевски.

И демоны тонкого мира, как же Даарт хорош! Если бы я встретила его вот таким впервые, то непременно упала бы в обморок, боясь сказать хоть слово его высочеству.