Фантастика

Какие-то навороченные приборы, шкафы с пробирками, непонятные схемы на стенах. За большим столом, заваленном бумажками, лысый дядя в золотых очочках. По виду – профессор.

Увидел гостей, потянулся куда-то вниз, только где ему Дронова опередить. Сергей прыгнул прямо от двери на стол, пихнул этого самого Петровича, но не сильно – только чтоб тот откатился от кнопки (или что у него там) на кресле с колесиками.

Все равно толчок получился довольно конкретный – лысый въехал спиной в стену и приложился затылком, но не сильно, без отруба.

И сразу стал бледный, очки съехали, губы заходили ходуном. Сообразил, что к чему.

Дарновский усадил блондинку Алину в другое кресло, насильно. Предупредил:

– Хочешь жить – сиди тихо. – Потом перегнулся через стол и хорошо так, убедительно спросил. – Где она?

– Вы Дарновский. А вы Дронов…

Петрович перевел взгляд с одного на другого и вдруг зажмурился. Надо думать, с перепуга.

Мымра крашеная: «Ой!» – и тоже прикрыла глаза ладонями.

– Сюда смотреть! – гаркнул Роберт. Профессор замотал головой.

– Сергей, заставь его открыть глаза!

– Зачем? – удивился Дронов. – Если б он уши заткнул – другое дело. А спрашивать и так можно.

– Делай, что говорю! – взбеленился умник.

– Да как я его заставлю?

– Не знаю! Врежь ему!

Разозлился тут Сергей. Тем более, он все равно уже с Режима съехал.

– Да пошел ты! Что я тебе, гестапо, что ли? Пускай так говорит. Вот если не захочет, тогда я ему лысину на пупок натяну.

– Сергей Иванович, вы не в курсе, – сказал зажмуренный. – Ваш друг сканирует эманацию подкорки по глазам.

– Чего?

– Читает чужие мысли. Есть у него такой талант.

Сначала Сергей решил, что Петрович насмехается, хочет дураком выставить. Но потом кое-что припомнил и медленно повернулся к иуде Роберту. Куда бы тебе, тварь ты подлая, вмазать – по очкам или в челюсть.

– Я тебе вмажу, – быстро прикрыл лицо Дарновский, чем окончательно себя выдал. – Ты что, не понял, Лобачевский: Илья Петрович нас стравить хочет?

Обошел вокруг стола и как треснет лысого рукояткой «стечкина» по лбу.

– Где Анна?

Прав был Роберт, скотина, тысячу раз прав. Не до разборок, после поквитаемся.

– Да, где Мария? – рявкнул Дронов и показал профессору кулак.

– Ее тут нет.

– Не ври! – хором крикнули напарники, а Дарновский снова стукнул Петровича, теперь по лысине.

– Только не по голове, прошу вас, – жалобно попросил тот. – Я ведь не отказываюсь отвечать на ваши вопросы. Дама, которую вы ищете, действительно, пробыла здесь некоторое время.