Фараон

* * *Утром, пока я высыпался, Бенермерут и Меримаат имея большую практику в этом деле, разломали нужное количество утвари и золотых украшений, и отправились на колесницах с полным количеством металла к торговцу, составлять договор. Я не был сильно удивлён тому, что здесь подписывались настоящие договоры купли-продажи, в присутствии нескольких свидетелей, где продавец и покупатель нанимали писца, который его составлял с их слов, включая туда все пункты, оговоренные на словах. Затем призывая в свидетели богов, оба макали большие пальцы в чернила и ставили их оттиски под двумя документами, каждый получая свой экземпляр.

Почему я был не удивлён этому? Потому что весь Египет сейчас был бюрократизирован так, что как и в советское время, царил принцип: без бумажки, ты какашка, а с бумагой — человек. Деятельность людей, которые работали на землях себе не принадлежащих, в свободное время от посадки урожая и его снятия, включала в себя кроме этого, ещё и обязательные работы на царя или владельца этой земли, а тот уже использовал их как хотел. Мог заставить строить что-то, воевать или же делать что-то ещё. Всё это обязательно учитывалось писцами. Каждый грамм зерна, каждый час работы и любое вообще действие, особенно на государство, всё тщательно учитывалось. Именно поэтому писцы составляли тут отдельное сословие, в рамках чиновничьего или управляющего аппарата. Ведь читать, а главное писать здесь практически не мог никто, я в том числе.

Вернулись мои спутники слегка пьяными, поскольку ещё потом и отметили успешную сделку, причём Бенермерут показал мне договор, включающий оплату и доставку товара на баржах по Нилу, которую торговец обещал осуществить в течение недели.

Что было очень хорошо для моих планов.

— Я думаю бог Монту, они даже могут прибыть раньше нас в поместье, — задумчиво сказал он.

— Наверно тогда лучше всего будет отправить с ними Меримаата, — решил я, — договорись о его проезде, пусть заодно передаст Рехмиру часть золота под его нужны, а мы останемся здесь ещё на пару дней, чтобы полностью нагрузить колесницы.

Бенермерут кивнул соглашаясь и пошёл снова договариваться. За дополнительную плату, торговец с радостью взял пассажира, тем более что его огромная баржа уже стояла под погрузкой, так что простившись с парнем, мы его проводили вечером и он уплыл с нашим товаром домой.

— Что же, — тихо сказал я, обращаясь к Бенермерут, — нам нужно будет ускориться, если хотим тоже поскорее попасть домой.