Фараон

Видя, что мы отступаем нубийцы радостно заулюлюкали и пехотинцы бросились вперёд, стремительно сокращая расстояние между нами. Их лучники сразу прекратили обстрел, чтобы не попасть по своим и для нас это было даже лучше. Мне стало страшно, когда я увидел у врагов оскаленные лица в предвкушении рубки, а также понял, что это совсем не игра, где можно сохраниться и потом после смерти перезагрузиться.

— Sta. Largi. Arma portate, — стараясь, чтобы мой голос не дрожал от страха скомандовал я, когда до бегущих нубийцев осталось не больше трёх метров.

Когорта остановилась, разомкнула ряды и подняла копья, ощетинившись ими из-за щитов. На них первыми и нанизались особо отчаянные, которые видимо спешили умереть. Шаг назад и трупы остались позади, а копья снова сделали слитные уколы, всё, как и бесконечно они тренировали день ото дня.

Лавина нубийцев, которых было раз в шесть больше чем нас, разом отхлынула, оставляя за собой не меньше десятка трупов.

— Cede, — снова приказал я и когорта сдвинулась с места, неспешным шагом пятясь назад.

Нубийские воины растерянно смотрели на нас и на своих командиров, не понимая, что им делать дальше. Бежать и умирать на копьях, особого желания у них явно больше не было. Но тут помощь пришла и к нам, вернулись колесницы пополнившие запасы стрел и стали кружить рядом, осыпая уже их смертоносным дождём.

Я сразу почувствовал, как на меня одномоментно посмотрело очень много взглядов со всех сторон, особенно от кочевников, которые лишь недавно встали в строй и противостоять малыми силами против почти четырёх тысяч им было откровенно страшно. Это я видел во всех взглядах, но ещё там можно было разглядеть удивление оттого, что мы всё ещё живы. Ведь прошло уже минут десять боя, а мы всё так же пятимся и более того, среди когорты нет убитых.

— Sta. Largi.