Этрусское зеркало

- За кого вы меня принимаете? Не хватало еще начать бегать по предсказательницам и колдунам!

- А вы не возмущайтесь, Алексей, - не сдавалась Гудкова. - Ходят же люди, обращаются. Им помогает.

- Ну уж нет! Лучше в милицию. Отнесу фотографию, напишу заявление… пусть ищут!

Данилин не признался, что уже попросил своего друга, частного сыщика, заняться поисками сестры. Постыдился.

- Милиция искать не станет, - сказала Лидия Петровна. - У них других дел по горло. Сколько прошло дней, как Алиса ушла?

- Какая разница?.

После работы Гудкова повела Алексея Степановича в ближайшее почтовое отделение. Ясновидящая работала телеграфистом. Она оказалась ничем не примечательной женщиной лет пятидесяти, с обыкновенным лицом и обыкновенными, спокойными глазами. Звали ее Полиной Владимировной.

- Полечка, - запросто обратилась к ней через окошко стеклянной перегородки Гудкова. - Я тут к тебе своего коллегу привела.

Данилин смутился. Ему стало неловко за себя - явился на почту с глупейшим намерением узнать о судьбе Алисы у совершенно посторонней женщины, какой-то телеграфистки. Бред!

- Простите, я…

- Подождите секундочку, - сказала ясновидящая. - Я попрошу напарницу меня заменить и выйду.

- Идемте! - толкнула его в бок Лидия Петровна. - Постоим у окна. Да не тряситесь вы так! Полина не кусается.

Через пару минут к ним подошла телеграфистка.

- Как зовут вашу сестру? - без всякой предварительной подготовки спросила она.

- Алиса…

- Фотография есть?

Данилин полез в карман, достал портмоне, где в прозрачном карманчике носил карточку сестры в выпускном платье. Он сам сделал снимок на церемонии вручения аттестатов и очень им гордился. Алиса на фото выглядела настоящей красавицей.

Пророчица долго рассматривала фотографию, на ее лице ничего не отражалось. Наконец она вернула снимок Алексею Степановичу, сказала:

- Вам не везет с женщинами.

- Позвольте, но… что означают ваши слова? - возмутился Данилин. - Я ничего не понял!

- Скоро поймете, - сухо усмехнулась телеграфистка.

- Алисе что-нибудь угрожает?

- Нет…

Этого Алексею Степановичу было недостаточно. Он требовал объяснений.

- Моя… наша мать опасается, что Алиса и Глеб, ее парень… что они задумали покончить с собой! - выпалил он, покрываясь красными пятнами.