Этрусское зеркало

- Ну, как? - нарушил затянувшееся молчание художник. - Нравится?

Чернов покрылся красными пятнами. Это свойство кожи реагировать на внутреннее состояние выдавало хозяина «Галереи», мешало ему играть роль хладнокровного ценителя и продавца произведений искусства.

- Что-то не то, Орест, - пробормотал он, заходя с другой стороны.

Господин Минаев сразу надулся, как индюк, сердито запрокинул голову.

- Зря я взялся помогать тебе, - фыркнул он. - Писать копию с фотографий - изначально гиблое дело. Ведь я в глаза не видел картины!

- Я же не знал про готовящееся ограбление, - оправдывался Анисим Витальевич.

- Мне пришлось основательно помучиться с твоим заказом, я бился над ним сутками, без сна, - зло сказал Минаев. - Остальные работы тебя устраивают?

Несколько выполненных им рисунков на этрусские мотивы вполне удовлетворили Чернова. Он о них не беспокоился.

- Эта картина совсем не в стиле Рогожина! - продолжал возмущаться Минаев. - Разве он писал маслом?

- Как видишь, писал.

- Так ты забираешь «Нимфу» или нет?

- Конечно, забираю! - в сердцах воскликнул искусствовед. - У меня что, есть выбор? Сегодня должен прийти покупатель. Не представляю, как все это будет выглядеть. Самое плохое, что он видел картину… один раз, еще до кражи.

- Видел? - удивился Минаев. - Да… тогда, конечно, могут быть осложнения. Он специалист?

- Надеюсь, не в области живописи.

- Дилетант не сможет отличить копию от оригинала, даже такую - тем более если видел его один раз! - высокопарно изрек художник.

Господин Чернов подавленно молчал. С одной стороны, он доверял Минаеву и ценил его искусство. Орест превосходно подделывал полотна как старых мастеров, так и современных живописцев, которых уже не было в живых. Они с Анисимом Витальевичем успешно провернули не одно дельце и успели проверить друг друга «на вшивость». Хозяин «Галереи» не опасался, что художник проболтается - это прежде всего не в его интересах, и сам не собирался его подводить.

Увы, деваться некуда. Сегодня придется устраивать авантюрное шоу «Счастливое возвращение картин, украденных с выставки», а после обеда придет Геннадий, чтобы купить «Нимфу» для неизвестного мецената. При этой мысли господин Чернов вздрогнул.