Это война, братишка

Но живут же как-то девушки звёзд и ничего. Это выход. Самый настоящий. После этого будет в два раза меньше желающих тебя оклеветать. Да и мне будет спокойнее, пока ты в своём турне песни поёшь.

– Ревнуешь? – Макс прищурился, заглядывая мне в глаза.

– Блин, конечно! Столько поклонников, и мне таких заманчивых предложений не делали, только поцелуй.

Брат коротко рассмеялся и полез за моим ноутбуком.

– Звоним Олегу?

– Ага, – уверенно киваю и сажусь нормально.

– Обещай, что не пожалеешь, – уже серьёзно спрашивает Макс, требовательно глядя в глаза.

– Ты же понимаешь, что подобные обещания…

– Обещай, – настойчиво говорит он.

– Хорошо-хорошо! Обещаю, – выдыхаю и целую Макса в губы. – Я ведь сама предложила и поверь, знаю, на что иду. Мы справимся, – ласково глажу по щеке и включаю скайп.

Когда лицо отчима появляется на экране, мы оба нервничаем. Сложно подобрать слова, но Олег не любит, когда юлят, и Макс, набравшись смелости, вываливает на голову отца всё, как есть. Что я при этом чувствую, не описать словами.

Олег немного хмурится, задаёт уточняющие вопросы: по поводу прессы и шантажа. На меня смотрит лишь мельком, следя за моей реакцией. Да стыжусь я, стыжусь! Успокойся.

– И что вы собираетесь делать? – наконец спрашивает он. Макс непонимающе смотрит на него.

– Мы ведь уже сказали: дадим пресс-конференцию завтра после обеда.

Отчим отмахнулся.

– Я не об этом. Что вы собираетесь делать со своими отношениями?

Ого! Вот это вопрос! Я собираюсь ответить, что буду ждать возращения Максима и блюсти целибат, как брат меня опережает.

– Если продержимся год, по возращению – сделаю Камиле предложение.

Что?.. Что?! Что он сделает? Кому предложение?! Господи, включи наконец подачу кислорода!

– Хорошо, – довольно произносит Олег и уже расслабленно смотрит на нас. – Ну что, доигрались, конспираторы?

Мы смотрим друг на друга, потом на Олега и начинаем дружно смеяться…

25.

Глава двадцать пятая

Камила

Моя жизнь немного усложнилась.