Это не любовь

Сейчас он её, конечно, ранил, нехотя, но ранил, но потом, со временем она поймёт, что так лучше для обоих.

Сколько ещё простоял он у окна, терзаемый мыслями, – неизвестно. Из этого тягостного оцепенения его вывел телефонный звонок. Ответил, не глядя.

– Саша! Ты где? – возмущалась Лариса, перекрикивая музыку. – Уже вечер подходит к концу, а ты так и не появился.

– Я здесь.

Несмотря на то, что Ларисе помогал не только Анварес, но и десятка два инициативных студентов, провозились они допоздна, пока привели спортзал в божеский вид.

Двоих парней взялся развезти по домам Анварес, ещё одну девушку согласилась подкинуть Лариса, остальные активисты оказались из общежития.

Пока шли на стоянку, Лариса возбуждённо рассказывала, какой замечательный получился вечер. Но затем, когда уже сели по машинам, от неё прилетела смска.

«Развезёшь их и приезжай. Буду ждать».

«Извини, сегодня не смогу. В другой раз», – ответил Анварес и включил авиарежим, чтобы не отвлекаться в пути.

55

Лариса приехала сама, в субботу утром.

Анварес снова промучился жестокой бессонницей. Только если накануне уснуть не давало приятное волнение, то теперь его всю ночь терзали гнетущие мысли."

"Тысячу раз сказал себе, что поступил правильно: проявил стойкость, не поддался пороку, не пошёл на поводу у низменных страстей, хотя очень хотелось. Поступил так, как должен был поступить взрослый, разумный и порядочный человек. А всё равно душу рвало чувство какой-то безысходной тоски.

Лариса приехала зря. У него даже сил не было изобразить подобие гостеприимства. Хотелось одного – забыться сном.

– Саш, ты чем всю ночь занимался? – с усмешкой спросила она.

За три года он уже успел мало-мальски изучить Ларису. Например, замечал, что когда её что-то тревожит в их отношениях, она старательно скрывает своё беспокойство за усмешками, улыбками, деланно-весёлым тоном.

– Пытался уснуть – как видишь, тщетно, – устало ответил он.

Как бы походя, невзначай, Лариса обошла всю квартиру, заглянула в каждую комнату и даже в ванную. В другой раз его такая инспекция оскорбила бы, но сейчас вызвала лишь вялое раздражение.

Осмотревшись, Лариса заметно оживилась. Даже предложила что-нибудь вкусное приготовить.

Анварес отказался – чересчур поспешно и твёрдо, так, что она слегка приуныла, но настаивать не стала.

– Но хоть чаем-то напоишь? – усмехнулась она.

Он жестом указал на кухню, мол, действуй.