Твоя случайная дочь

Но под конец отпуска они все изрядно подустали. От одного слова «самолет» уже подташнивало, перелеты сводили с ума, новые города уже не доставляли такого восторга, какой был в самом начале их путешествия, а от жары и чужих языков хотелось поскорее убежать и очутиться дома.

Домом Лера называла свою питерскую квартиру. Ей с большим трудом удалось уговорить Артура жить в России. Он долго сопротивлялся, но Лера привела ему целую кучу весомых аргументов.

– Ладно раньше, когда у меня еще не было трех салонов, я могла позволить себе жить в любой точке земного шара, но теперь, когда на моих плечах лежит огромная ответственность, я хочу остаться здесь и лично все контролировать.

Артур в итоге сдался, но… не до конца.

– Потом мы все равно переберемся в Дубай, – выставил он указательный палец и, вздохнув, добавил: – Бизнес леди ты наша!

Артур до сих пор не мог смириться с тем, что его будущая жена управляла бизнесом.

В отпуске, между перелетами, пляжами, экскурсиями и укладыванием спать Аню, она умудрялась вести дела по телефону и скайпу.

Лера никому не позволяла менять ее планы, и напрочь отказывалась от всех советов Артура, отчего он иногда приходил в бешенство.

Еще бы! Ведь он давно был в бизнесе и его многолетний опыт точно мог бы помочь начинающей бизнес-леди, но только не Лере…

– Я тебя очень прошу, давай ты будешь заниматься своим делом, а я – своим! – упрямо говорила она.

Видимо, ей по наследству от отца достались не только недвижимость и деньги на счетах, но еще и железная хватка."

"Поначалу это выводило Артура из себя. Ведь ему хотелось видеть рядом с собой совершенно другую Леру – ту девчонку, которая смотрела на мир с распахнутыми глазами, которая радовалась каждой залетевшей в дом бабочке, которая, млея от теплых лучей, подставляла лицо солнцу, и смеялась, не имея для этого абсолютно никакого повода.

И как привыкнуть к той Лере, которая была с ним рядом сейчас? Та, что строгим тоном раздавала указы своим сотрудникам, и не слушала никого, кроме себя самой.

На этой почве возникали конфликты, а из-за одного из них даже пришлось отменить роспись в Милане.

Но объяснение поведению Леры было найдено в одном вечернем разговоре за бокалами вина.