Этюд в багровых тонах. Приключения Шерлока Холмса

Сегодня он в Шотландии устраивает кражу со взломом, завтра в Корнуолле собирает деньги на строительство сиротского приюта. Я охочусь за ним годами, но видеть его мне не случалось.

– Надеюсь, сегодня я буду иметь удовольствие вас познакомить. Судьба тоже сводила меня с мистером Клеем, и я согласен: по мастерству он не знает себе равных. Однако уже начало одиннадцатого, нам пора. Если вы двое сядете в первый хэнсом, мы с Ватсоном последуем за вами во втором.

Во время долгой поездки Шерлок Холмс по большей части не говорил ни слова, а только, откинувшись на спинку сиденья, напевал мелодии, которые слышал вечером.

– Мы уже у цели, – сообщил мой друг. – Мерриуэзер – директор банка и лично заинтересован в этом деле. Я подумал, Джонс нам тоже пригодится. Он совсем неплох, хотя и круглый идиот в своей профессии. У него есть ценное качество. Он храбр, как бульдог, и цепок, точно омар: схватит, так уж не упустит.

Перед нами была та самая забитая повозками улица, которую мы посетили утром. Отпустив кэбы, мы двинулись за мистером Мерриуэзером по узкому проулку к боковой двери, которую он для нас отпер. Короткий коридор упирался в тяжелые железные двери. Отперев и их, мистер Мерриуэзер стал спускаться по каменной винтовой лестнице. Внизу оказались еще одни внушительные двери. Мистер Мерриуэзер остановился, зажег фонарь и повел нас по темному, пахнувшему землей коридору.

– Сверху вы защищены довольно надежно, – заметил Холмс, поднимая фонарь и осматриваясь.

– Снизу тоже. – Мистер Мерриуэзер ударил тростью по плитам пола. – О боже, звук-то глухой! – вскричал он, удивленно вытаращив глаза.

– Прошу соблюдать тишину! – строго произнес Холмс. – Из-за вас вся наша экспедиция может провалиться. Не будете ли вы так любезны сесть на одну из этих коробок и ни во что не вмешиваться?

Солиднейший мистер Мерриуэзер с обидой на лице взгромоздился на ящик, Холмс же опустился на колени и при помощи фонаря и лупы принялся внимательно изучать щели между камнями.

– У нас в запасе не меньше часа, – заметил он. – Едва ли они начнут действовать раньше, чем наш добрый приятель, ростовщик, отправится в постель.