Эта ночь была ошибкой

Мне бы податься навстречу, всего одно движения и наши губы сольются, но я превратилась в безвольную статую, которая способна лишь трепетать рядом с творцом, который знает все ее достоинства и изъяны, ведь сам ее создал, сантиметр за сантиметром постигал ее тело и наполнял его жизнью. И сейчас каждая клеточка пела, упивалась наслаждением, которое испытывал он, а смаковала я. – Такая же какой запомнил.

– И ты… – произнесла, но не дал закончить – все-таки смял губы. Завладел ими как победитель павшим городом.

Вжался в них своими, скользнул языком в податливый рот и заклеймил огнем прикосновения. И внутри все плавилось. Плавилось от его наглости и бескомпромиссной властности. Он знал, что принадлежу ему и подчеркивал это каждым своим движением. Каждым легким прикусыванием, каждым ударом пульса, который отдавался и в моей груди.

Его щетина царапала лицо, колола, впивалась в кожу, но от этого поцелуй был лишь острее, горячее, и обжигал будто льдом. Когда ощущаешь жжение, которое напоминает и нестерпимый жар и холод одновременно.

Когда хочется податься навстречу, чтобы распробовать его природу, но ты итак в самом эпицентре, но тебе всё мало.

– Что ты за девка такая? Все нутро на дыбы встает когда ты рядом, – произнес хрипло, будто сам не до конца понимая, о чем толкует. И тут же отстранился, заглядывая в глаза, но рук с лица не убрал. Пальцы все так же уверенно и нежно лежали на щеках, основания ладони касались линии челюсти будто в кокон брали.

Уютно, что хочется замурлыкать от удовольствия. Прижаться как кошке к его ногам и остаться так навсегда.

Потому что хозяин только один и он достоин такого поклонения.

Блондинка была права.

И даже если я окажусь брошенной и использованной, мне не жаль.

Каждая секунда проведенная с ним стоит этого. И пусть страшно и волнительно. И пусть сердце в горле долбит. И пусть ноги заледенели потому то голые, зато в груди пожар. Сердце плавит ребра.

– Поднимешься? – спросила, больше не скрывая того, что проиграла.

Побеждена и позорно повержена. Но важно не то, что я сдала позиции. Важно, кому я их сдала.

Ему – хочется.

– Если поднимусь, назад дороги уже не будет…

Варвар произнес туманно, и я не была уверена, какой смысл он вкладывал в свои слова, но понимала – его слова – мой точный приговор.

Для меня уже нет дороги назад.

Сделала шаг, утягивая варвара следом. Тот повел уголком губ в намеке на улыбку, но всего лишь в намеке.