Эта ночь была ошибкой

Они тянулись как карамель и не спешили избавлять меня от тягостного неведения: ответит-нет. Возможно следовало бы сбросить вызов, но варвар в любом случае увидит пропущенный. И раз уж я решила быть смелой, надо идти до конца.

– Слушаю…

Негромкий голос ударил бархатной дрожью по венам, и я ощутила лишний удар сердца, ускоривший пульс.

– Я не знаю, зачем набрала, – произнесла честно и уже приготовилась к снисходительному «я занят», но вместо этого прозвучала другая фраза.

– Подойди к окну.

Будто на пружине подскочила с дивана и рванула к окошку, вставая у подоконника. Сдвинула шторы свободной от телефона рукой и заметила под окнами знакомый внедорожник.

Выдохнула, слишком волнительно было вновь видеть знакомый силуэт.

Слава вышел из машины и поднял взгляд на окна моего этажа.

На нем было черное пальто поверх строгого костюма. Этот мужчина будто сошел с обложки модного журнала в костюме от Армани. Он воплощал собой все черты, о которых мечтают девушки, и самой основной был этот нагловато- изучающий взгляд, от которого пальцы на ногах поджимаются.

Мое сердце сжалось от любви."

"Варвар заметил меня.

Повел уголком губ.

– Я не знаю, зачем приехал, – произнес мою же фразу, и я заправила непослушную прядь за ухо, чувствуя себя как школьница рядом с парнем, в которого по уши влюблена.

Вот именно! Влюблена!

Бросила трубку, забыв поправить штору кинулась к входной двери, сунула руки в рукава пальто и не обратив внимания на то что ноги голые, обула сапожки и выскочила из квартиры.

Лестничная клетка пронеслась как карусель и я ударила по кнопке двери подъезда и не успев выскочить на улицу была поймана кольцом сильных рук.

Слава сжал мою талию и шагнул со мной в подъезд, заслоняя своей спиной весь остальной мир.

Да мне и не нужен был он.

Всё, что мне нужно сейчас здесь, совсем рядом. Держит меня в руках и улыбается одним взглядом

Привстала на цыпочки, разомкнула губы, когда обхватил мое лицо руками и замер в миллиметре от него.

Нос к носу, губы к губам. Но не спешил целовать.

Дышал моим кислородом, покорно опустив веки.

– Пахнешь сладко, – прошептал как Жан Батист Гренуй, и прикрыл глаза пытаясь напиться этой близостью.