Есть ли жизнь после отбора?

– Он же почти живой, – обиделся Гамильтон, – я отправил его подслушивать и подсматривать – все то, о чем ты нас с Ауэтари просила. Но мы все же заметные персоны!

Через мгновение появился мой, а точнее, уже не мой летучий химер. Что характерно, на Журжике красовался такой же камзол, какой был на Гамильтоне. То есть сговорились.

Журжик что-то пискнул, Гамильтон рявкнул, а после я увидела то, что увидеть была не готова: химера резко уменьшилась и нырнула в одну из тонких труб.

– А это как? Я в него такое не закладывала, – ошеломленно выдохнула я.

– А это я, – чуть смутился Гамильтон. – Надо было кое-что достать, а ты была занята.

– Вот оно что, – хмыкнула я. – Тогда понятно, как именно вы сдружились.

Ждали мы около часа, а потом из центрального штырька выстрелила вверх какая-то капсула. Затем вынесло Журжика, а уже после фонтан заработал сам.

И вот стоим мы посреди стремительно набирающейся воды, вокруг останавливаются люди, а я, держа в ладони длинную, с локоть, капсулу из окраинной стали, думаю только об одном: а клумбу-то теперь куда?!

– Так, – Кристоф осторожно возвел над нами щит, – а клумбу теперь куда?

Мне захотелось смеяться оттого, что он буквально повторил мою паническую мысль.

– Оставьте пока здесь, – предложила Ауэтари, – пусть жители сами решат. В конце концов, фонтан всегда можно заткнуть обратно.

Сжимая в руках капсулу, я начала выбираться из фонтана. И если бы не Кристоф, то полетела бы обратно в воду. Которая, к слову, оказалась очень холодной!

Бассеты же вылезать не торопились.

– Предлагаю вернуться домой и там уже вскрыть капсулу, – проворчала я, глядя, как около фонтана и клумбы собирается народ.

Открыв портал, я жестом пригласила в него Кристофа и бассетов. И Журжика, разумеется, но он так и остался на шее своего старшего товарища.

Капсулу решили вскрыть на кухне.

– А вдруг там любовное послание? – предположил Гамильтон.

– Починю, – рассеянно ответила я. – Обязательно починю.

Капсула, наконец, поддалась моим усилиям. И первое, что оттуда вылетело, – тончайший лист бумаги. Ее перехватила Ауэтари и тут же зачитала:

– Молодой мастер, если ты это читаешь и не имеешь желания причинить вред миру, верни капсулу на место.