Эсса

— Если он продлится ещё пару минут, мы все окажемся на грани самоубийства.

— Почему?

— Это побочка… — непонятно произнёс он, а через минуту Эсса поняла, о чём говорит её нянька.

Она больше не обращала внимания на меняющуюся плотность пространства, не удивлялась временным искажениям, в которых видела себя же, её поглотила странная боль. Девушке казалось, что душа выворачивается наизнанку, по щекам безостановочно текли слезы, а внутри росла пустота.

Закончилось всё так же неожиданно, как началось.

— Всё, — облегчённо прошептал Момо, скрывая шальной взгляд и пряча за спину сбитые в кровь костяшки на кулаках.

Глава 14.

Момо и Эсса, обессиленные свалившимися на них эмоциями, ещё какое-то время приходили в себя.

— Кажется, мы побили все рекорды гиперпрыжков, — прохрипел пилот, — ничего ужаснее на себе не испытывал.

— Мы живы, господин Гри, — улыбнулась Эсса, начиная смеяться, — понимаете, мы живы!!! — раскинув руки, возвестила она и немного вяло захлопала в ладоши.

— Я бы не позволил вам умереть, я же пилот и знаю, как вести себя при сбоях в гиперпрыжках, — проворчал Момо, но веселье девушки оказалось заразительным и его губы невольно расползлись в улыбке.

— Вы разве не почувствовали, что мы пробирались по виткам завихрений пространства и времени? Мы прошли через тёмную материю!

Пилот непонимающе хлопал глазами, а Эсса продолжала восторженно восклицать:

— Нас всех должно было разорвать в клочья! Слава мирозданию, что адмирал послушал меня и поставил дежурить юных ящеров, которых мы видели в столовой! Вы помните их?

— Они все на одну морду!

— Не говорите глупостей, господин Момо! Те юноши, что жили на вашей планете и учились духовному совершенствованию, сумели разбудить в себе древнейший инстинкт нахождения верного пути в любой местности — и это нас спасло!

— Но как адмирал вообще додумался до того, чтобы дать команду выполнить прыжок?

— А это уже претензия не к адмиралу, господин Момо, — тяжело вздохнув, заметила Эсса.

— Но желает умереть?

Девушка пожала плечами.

— Я теряюсь в логике вредителя, — задумчиво произнесла она.

— Да это дилетант какой-то! Чуть нас всех не угробил!

— Или изощренный ум, верящий в свой гений, — противопоставила Эсса.