Если босс – дикарь. Правила выживания

И никаких лишних вопросов.

У братца всегда всё четко и по делу.

– Сейчас.

– Повиси…

В трубке начинает бренчать раздражающая мелодия.

А я подхожу к окну и давлю желание обернуться и проверить, не прокралась ли эта злючка во тьму номера со шваброй наготове.

Прямо даже озноб страха пробегает по телу.

И именно этот озноб меня окончательно и убеждает – моя женщина…

Точно.

Пока жду ответ, уже обдумываю , как начать ухаживания за своей будущей супругой.

К слову, в ухаживаниях у меня опыта не было.

Обычно женщины сами вешались мне на шею, а я обычно заботливо перевешивал их чуть ниже…

Но сейчас придется действовать интуитивно.

– Работает – выдает Азамат спустя четыре минуты. – Горничная. Рыжая. Глаза зеленые. Стрелецкая Ирина Сергеевна. Третий год уже пошел.

– Уволь – коротко говорю я. – Жилье у вас тоже предоставляется?

– Да.

– Вот и высели. Завтра же.

– Ох ты – удивился Азамат. – Не обессудь, братец, но теперь мне требуются уточнения.

– Выселяй после завтрака – заботливо уточняю я.

Мое злое сокровище должно быть сытым.

Особенно, когда снова встретит меня…

******

– Так а что за подарок-то был? – спрашиваю, садясь в авто брата.

Но Азамату не до меня.

Он громогласно, раскатисто ржет, уже во второй раз пересматривая моё дефиле.

Как оказалось, вчера я был не на столько очарователен, как хотел думать.

И несколько испуганных, а не сраженных моих великолепием соседок, пожаловались на голожопого чудика, который бегал по коридору и пугал народ.

Увы, в коридоре были камеры.

К счастью, хотя бы в номере их не было и таинство утех шваброй осталось моим личным достоянием.

– Страшно представить, что было до этого – сквозь смех выдает брат.

– А до этого, Азамат, мне устроили матёрый бдсм шваброй – тоже смеюсь я.

Я человек самоироничный, самокритичный и без комплексов.

Что смешно – то смешно.

– А еще , после её визита я нашел в своем номере это – достаю из кармана аккуратно сложенный листок, расправляю и протягиваю брату.

Азамат берет его в свои руки. Хмуро разглядывает.

– Что за каракули?

– Дизайн – учтиво пояснил я.

И нетерпеливо постучал по колену пальцами в ожидании запоздалого восторга.

– А что стулья такие кривые? – вместо этого абсолютно равнодушно спрашивает он.

– Это футуризм. Грамотно исполненный – отвечаю уже более холодно.

И, забрав шедевр из его невежественных рук, пальцем начинаю тыкать во все неоцененные достоинства.