Если босс – дикарь. Правила выживания

Но руки так заледенели, что я никак не могу ухватиться за ручку двери.

Пальцы совсем не сгибаются.

За пару секунд я уже готова впасть в отчаяние, но Заман Исхарович мгновенно оказывается рядом.

Рывком распахивает передо мной дверь и, вытянув шею, прям будто усаживает меня внутрь своим бешеным взглядом.

А я, очутившись в тепле, с христианским великодушием всё ему прощаю.

И злость его.

И натуру эту бешеную.

И даже взгляд звериный.

Блаженно хлопая глазами, смотрю, как он быстро оббегает автомобиль и залетает в салон.

Одной рукой закрывает дверь, другой – уже жмет на кучу кнопок по очереди.

С райским наслаждением чувствую, как стремительно нагревается сидение под заледеневшей попой, и бесподобный, теплый ветерок начинает обдувать меня со всех сторон.

– Ой, спасибо… – шепчу умиротворенно.

И даже жмурюсь от удовольствия, как мартовская кошка на солнышке.

Божечки, какое счастье быть в тепле.

Я в раю…

И только один злой бес портит мою блаженную атмосферу.

Он бесцеремонно склоняется к моим ногам и в машине в ту же секунду начинает грохотать отборный, трехэтажный мат.

– Да ёп вашу!

Босс стаскивает с меня промокшие кроссовки, такие же мокрые носки с оленями, и со злостью бросает их назад.

А я морщусь, чувствуя, как пару ледяных капель прилетает по лицу.

Затем, он снова склоняется к мои ногам и обжигает их своей горячей ладонью, принимаясь ощупывать лодыжки и пальцы.

– Ноги, блядь, ледяные! Ира!!! – рычит снизу.

Хочу в ответ возмущенно подрыгать конечностями, но почти их не чувствую.

– Не орите на меня… – только и могу беспомощно возразить я.

– Не орите….Не орите на неё! Ты посмотри… – с бешеным возмущением громыхает он, явно не понимая, как я вообще посмела до такого додуматься – Не орите! – повторяет обалдело.

И снова трехэтажный мат.

Не переставая крыть им всё на свете, кроме, правда, конкретно меня, босс быстро стаскивает с себя легкую куртку, хмуро её разглядывает и тоже психованно запускает назад.

Бешеный…

Потом он снимает с себя джемпер и снова склоняется к моим ногам.

– Что вы делаете?

Но мне, конечно, не отвечают.

Точнее, мне хочется думать, что весь этот непрекращающийся поток лихо закрученного мата – это не мне.

Это он так.

Во фразеологизмах упражняется.

Босс хватается своими горячими ладонями за мои окаменевшие лодыжки и сам продевает их в огромные рукава свитера.

Хорошенько укутывает ноги и ставит их прямо к месту, откуда восхитительно дует теплый поток воздуха.