«Если», 2009 № 04

Земля поползла вверх, и скоро ничего, кроме приближающейся цитадели, пилот уже не видел. Свист воздуха превратился в рев, задрожала легкая кабинка. «И дракон бы испугался, не будь приучен летать с завязанными глазами, что там брахман! Только мы! Только мы!».

— Пора! Бомбы, бомбы!

Легкая надежная система. Одно нажатие рычажка, и вот уже самые большие, самые тяжелые бомбы летят теперь отдельно от дракона, хотя и рядом. Снизу наконец-то ответили, мимо кабинки пронеслось нечто раскаленное от огромной скорости. Элькони видел, что его бомбы накроют проснувшуюся батарею, и маскировка не помогла! Ничто не поможет.

Дракон, повинуясь движению штурвала, уже выходил из пике. Вот тут стало трудно, помрачнело в глазах, кабинка даже заскрипела на прочнейших ремнях. И все же вышли, прямо по курсу уже одно только небо. Выровнять! Адмирал посмотрел через плечо.

— Заполнить строй! Кто?

— Четеш, — сообщил брахман, который поддерживал связь со всеми экипажами. — Четеш и Гволи.

— Потом помянем. Разворот!"

"Эскадра, набирая высоту, ушла далеко от пылающей цитадели. Внизу — дорога, люди бегут во все стороны, проснулись. Но не они цель. Еще во время разворота Элькони постарался оценить качество удара. Недурно. А там, где зияет черная дыра, обрамленная пламенем, нашел свой последний приют погибший экипаж. Надо атаковать снова, пока крепость не заволокло дымом окончательно.

— Приготовиться к метанию малого калибра. После выхода работа по периметру звеньями!

За Нижнеямской крепостью — Старый Порт, столица. Пятьдесят тысяч жителей, а теперь, наверное, даже больше. И там огонь, и там все пылает. Две эскадры утюжат город, ему никогда не стать таким, как прежде. Элькони было немного жаль этих крохотных людишек, но небо пьянит и легко заслоняет собой все горести далекой земли. В крепости начались обрушения: «гоблинское пламя» и с камнем умеет творить чудеса.

— Делай, как я!

Первый же удар уничтожил большую часть гарнизона Нижнеямского училища. Никто не ждал драконов. Это было чудовищно и бессмысленно. Чудовищно, потому что применить самое страшное оружие против людей мог только демон. Но именно демоном обернулась рассерженная Империя. Бессмысленно, потому что часть свидетелей преступлений в Цирке уже покинула Гритольд на кораблях, а еще часть рассеялась по Княжеству.