Еще темнее

– Не путайся под ногами, заморыш, мать твою. – Он бьет меня. Я падаю.

Он уходит. Он запирает дверь. Мы с мамой остаемся.

Потом она уходит. Где мама? Где мама?

Он держит передо мной сигарету.

Нет.

Он затягивается.

Нет.

Он прижимает сигарету к моей коже.

Нет.

Боль. Запах.

Нет.

– Кристиан!

Я открываю глаза. Горит свет. Где я? Моя спальня.

Ана стоит надо мной, держит меня за плечи, трясет.

– Ты ушла, ты ушла, ты должна была уйти, – бессвязно бормочу я.

Она садится рядом со мной.

– Я здесь, с тобой, – говорит она и прижимает ладонь к моей щеке.

– Ты уходила.

Мне снятся кошмары только тогда, когда тебя нет рядом.

– Мне хотелось пить, я пошла на кухню.

Закрыв глаза, я тру ладонью лицо, стараясь отделить реальность от сна. Она не ушла. Она смотрит на меня: добрая, добрая Ана. Моя девочка.

– Ты здесь. Ох, слава богу. – Я тяну ее к себе и заставляю лечь рядом с собой.

– Я просто ушла попить, – повторяет она, когда я обвиваю ее руками.

Она гладит меня по голове, по щеке.

– Кристиан, пожалуйста, не бойся.

– Ох, Ана. – Мои губы находят ее рот. Она пахнет апельсиновым соком… и домом.

Мое тело пробуждается, я целую ей ухо, горло, нежно прикусываю нижнюю губу, ласкаю ее тело. Моя рука сдвигает кверху майку, которую она надела. Ана дрожит от возбуждения, когда я накрываю ладонью ее грудь, и стонет возле моих губ, потому что мои пальцы находят ее сосок.

– Я хочу тебя, – шепчу я.

Ты мне нужна.

– Я вся твоя. Только твоя, Кристиан.

Ее слова зажигают во мне огонь.

Пожалуйста, никогда не бросай меня.

Схватившись за низ моей майки, она с моей помощью стягивает ее. Я сажаю ее, снимаю с нее майку, стоя на коленях между ее раздвинутых ног. Она глядит на меня, ее темные глаза полны желания. Держа в ладонях лицо, я целую ее, и мы падаем на постель. Она запускает пальцы в мою шевелюру, целует меня в ответ с такой же страстью, как и я. Ее язык входит в мой рот, ласкает меня, угождает мне.

Ох, Ана.

Внезапно она отшатывается и упирается руками в мои плечи.

– Кристиан… Стоп. Я не могу.

– Что? Что такое? – бормочу я, покрывая поцелуями ее шею.

– Нет, пожалуйста. Сейчас я не могу, не могу. Мне нужно время, пожалуйста.

– Ох, Ана, не накручивай лишнего, – шепчу я, и ко мне возвращаются мои опасения.

С меня слетают остатки сна. Она отталкивает меня. Нет. Я в отчаянии. Я нежно прикусываю ее мочку уха, и тело Аны выгибается под моими ласками.

– Ах!.. – стонет она.

– Ана, я тот же, что и прежде.