Эротические страницы из жизни Фролова

И улыбнулась странной улыбкой.

- Ну и что с того? Она же мама.

- Так она же застеснялась меня. Просто жутко застеснялась.

- А он?

- Он раньше так никогда не делал, понимаешь? Он же страшно стыдится показаться ""маменькиным сыночком"". Да ладно, не пузырись. Просто, я этого хочу. Не то, чтобы обязательно любились, как мы с тобой, а чтобы ближе стали. Как в ту самую минуту - я видела. Чтобы он мог с нею говорить о том же, о чем мы с тобой говорим. И вообще… его ведь тоже жизнь может так трусануть, так расквасить, что в одиночку ни ошметков мыслей, ни костей души не соберешь.

Ты же видишь, какой свирепый оказывается мир. Если бы мы с тобой не были так близки, мы бы оба сейчас - после всего, что сегодня произошло - просто с ума сошли бы, рехнулись бы и все. Разве я не права?

Откуда она этих мыслей, откуда таких слов набралась? Ошметки мыслей… кости души… Она же еще совсем ребенок… Неужели сама придумала?

А она, не услышав от него ответа, снова вернулась в прежнее сидячее положение, и снова перескочила с одной мысли на другую:

- Знаешь, как я люблю беседовать с тобой.

Даже больше, чем с Толиком. Хотя он тоже очень умный, начитанный, и вообще… Гегель, Шопенгауэр, Павич…

- Ты в него влюбилась?

- Ага.

- Я вас видел сегодня. Из магазина.

- А-а. Тогда понятно. Не волнуйся. Танечка знает, - она сама просит, чтобы он меня, как ее, за руку водил. Так передается между людьми какая-то особенная, хорошая энергия. Именно через ладони.

- Он тебя до подъезда довел?

- Нет. До арки.

- А как ты оказалась в машине?

- В арке и оказалась.

Тот навстречу ехал, спросил какую-то улицу - вроде, как заблудился. Карту мне показал.

- И ты сама к нему села?

- Нет. Он так неожиданно и ловко меня втянул, что я и вскрикнуть не успела. И никого рядом не было.

Ее лицо погрустнело сразу, и он поспешил уйти от этой темы.

- А Толик в тебя не влюбился?"

"- Нет. Он в Танечку влюблен. Я для него - ребенок. Для нее тоже. И мне так нравится. Так что - не бойся, я им в разлад не стану. Он только один раз сказал, что я красивая, и то между прочим, как о произведении вашего с мамой искусства.

А вот о маме - это да, несколько раз вспоминал. Знаешь, как он говорит? Что в ней течет царственная кровь. Не в том смысле, что она царская родственница, а в том, что внутренняя природа царственная. Хочется ей подчиняться. Потому, что кровь с особенными магнитными свойствами. Его сильно притягивает. Так и сказал. И ты ему тоже понравился. Глаза, - говорит, - очень глубокие.