Эркюль Пуаро

Ни в коем случае нельзя позволить ей принять меры предосторожности.

– Не беспокойтесь. Я буду очень сдержан. Я задам лишь один вопрос самого безобидного характера. – Он улыбнулся. – Если хотите, пойдемте вместе.

– Нет, нет.

– Идемте, я на этом настаиваю.

Они ушли, оставив Джейн одну в гостиной. Через несколько минут им дали Лондон. Удача сопутствовала Пуаро: леди Хорбери обедала.

– Передайте леди Хорбери, звонит Эркюль Пуаро из Парижа. – Наступило молчание. – Это вы, леди Хорбери? Нет, нет, не волнуйтесь. Уверяю вас, все в порядке.

Я звоню совсем по другому делу. Я хочу, чтобы вы ответили мне на один вопрос. Да... Когда вы летаете из Парижа в Англию, ваша служанка тоже летает самолетом или ездит поездом? Поездом. А в тот последний раз?.. Понимаю... Вы уверены? Ах, она ушла от вас? Ясно. Она вдруг взяла расчет, даже не предупредив вас заранее. Какая черная неблагодарность! Вы правы. Да, они все очень неблагодарны. Да, да, совершенно верно. Нет, вам не стоит беспокоиться. Au revoir. Спасибо.

Он положил трубку и повернулся к Фурнье.

В глазах у него вспыхивали зеленые огоньки."

"– Так вот, слушайте, друг мой. Служанка леди Хорбери обычно добиралась на поезде или на пароходе. В тот раз, когда произошло убийство Жизели, леди Хорбери в самый последний момент вдруг решила, что Мадлен лучше лететь вместе с ней.

Он взял Фурнье за руку.

– А теперь нужно действовать быстро, друг мой. Мы должны немедленно ехать к ней в отель. Если я прав, а я все же на это надеюсь, то мы должны спешить.

Фурнье в полном недоумении смотрел на него.

Не дав ему времени на расспросы, Пуаро повернулся и стремглав бросился к выходу. Фурнье последовал за ним.

– Но я ничего не понимаю. В чем дело?

Швейцар открыл дверцу такси, Пуаро и Фурнье прыгнули внутрь. Детектив назвал адрес отеля.

– Скорее. Скорее!

– Какая муха вас укусила? К чему вся эта сумасшедшая гонка? Куда вы торопитесь? – допытывался Фурнье.

– Нужно спешить, мой друг, ибо, если моя версия правильна, Анна Моризо сейчас в чрезвычайной опасности.

– Вы так думаете?

Фурнье не мог совладать с собой, в его тоне слышались насмешливые нотки.

– Я боюсь, – сказал Пуаро. – Боюсь... Bon Dieu[134], как медленно тащится это такси!

А такси мчалось, между тем, со скоростью шестидесяти километров в час, обгоняя другие машины.

– Так нельзя ездить, в любую минуту может произойти авария, – не удержался Фурнье. – И, кроме того, мы оставили одну мадемуазель Грей. Она сидит и ждет нас. А мы? Мы удрали, не сказав ей ни слова.