Эркюль Пуаро

Она звонила несколько раз.

– Теперь и я припоминаю, – сказал Пуаро. – А после этого?

– После этого, мосье? Позвонили вы, и я принес вам минеральную воду. Еще через полчаса я постелил постель в другом купе – в купе молодого американца, секретаря мистера Рэтчетта.

– Когда вы пришли стелить постель, мистер МакКвин находился в купе один?

– С ним был английский полковник из пятнадцатого номера. Они разговаривали.

– Что делал полковник, когда ушел от МакКвина?

– Вернулся в свое купе.

– Пятнадцатое купе – оно ведь близко от вашей скамеечки, не так ли?

– Да, мосье, это второе купе от конца вагона.

– Постель полковника была уже постелена?

– Да, мосье. Я постелил ему, когда он ужинал.

– В котором часу они разошлись?

– Не могу точно сказать, мосье. Во всяком случае, не позже двух.

– А что потом?

– Потом, мосье, я просидел до утра на своей скамеечке.

– Вы больше не ходили в афинский вагон?

– Нет, мосье.

– А вы не могли заснуть?

– Не думаю, мосье. Поезд стоял, и поэтому меня не клонило ко сну, как обычно бывает на ходу.

– Кто-нибудь из пассажиров проходил по коридору в сторону вагона-ресторана или обратно? Вы не заметили?

Проводник подумал.

– Кажется, одна из дам прошла в туалет в дальнем конце вагона.

– Какая дама?

– Не знаю, мосье. Это было в дальнем конце вагона, и я видел ее только со спины. На ней было красное кимоно, расшитое драконами.

Пуаро кивнул.

– А потом?

– До самого утра все было спокойно, мосье.

– Вы уверены?

– Да-да, извините.

– Отлично, мой друг, – сказал Пуаро. – Меня интересовало, помните вы об этом или нет. Между прочим, я проснулся от стука – что-то тяжелое ударилось о мою дверь. Как вы думаете, что бы это могло быть?

Проводник вытаращил на него глаза:

– Не знаю, мосье. Ничего такого не происходило. Это точно.

– Значит, мне снились кошмары, – не стал спорить Пуаро."

"– А может, – сказал мосье Бук, – до вас донесся шум из соседнего купе?

Пуаро как будто не расслышал его слов.

– Перейдем к другому пункту, – сказал он. – Предположим, убийца сел в поезд прошлой ночью. Вы уверены, что он не мог покинуть поезд после того, как совершил преступление?

Пьер Мишель покачал головой.

– А он не мог спрятаться где-нибудь в поезде?

– Поезд обыскали, – сообщил мосье Бук, – так что вам придется отказаться от этой идеи, мой друг.