Эркюль Пуаро

– Иначе вы ведь не оказались бы здесь.

Пуаро задумчиво посмотрел на нее.

– Вы когда-нибудь задумывались серьезно над тем, что такое убийство, мадемуазель?

– Мне кажется, я вообще никогда об этом не думала вплоть до последнего времени.

Эркюль Пуаро кивнул.

– Да, теперь вы об этом думаете, потому что убийство коснулось вас лично. А я вот всю свою жизнь только этим и занимаюсь. У меня уже выработался свой подход к работе. Что, по-вашему, является наиболее важным при расследовании преступления?

– Обнаружение убийцы, – сказала Джейн.

– Правосудие, – сказал Норман Гейл.

Пуаро покачал головой.

– Есть вещи более значительные, чем обнаружение убийцы. Правосудие – хорошее слово, но иногда трудно определить, что именно понимают под ним. Самое главное, по моему мнению, при расследовании преступления – это освободить от подозрений невиновных.

– О, конечно, – сказала Джейн. – Об этом вообще нечего говорить. Если кого-то ложно обвинили...

– И даже не это. Может не быть обвинений. Но пока не будет доказано, кто именно виновен в преступлении, пока не будут отметены сомнения, все остальные лица, связанные с этим преступлением, подвергаются в той или иной степени страданиям.

– Вот в этом вы абсолютно правы! – воскликнул Норман Гейл.

– Разве мы этого не знаем? – сказала Джейн.

Пуаро посмотрел на Джейн, потом перевел взгляд на Нормана.

– Ясно. Значит, вы уже испытали это на себе?

Он вдруг оживился.

– Послушайте, у меня есть к вам одно предложение. Раз уж цели наши совпали, давайте втроем объединим наши усилия.

– Но ведь я не умею! – воскликнула Джейн.

– Вполне допускаю. Но вы сообразительны и умны. Вы ведь можете делать правдоподобные заметки карандашом, не так ли? Вот и хорошо. Мистеру Гейлу я предложил бы присоединиться к нам, ну, скажем, через час.

Он подошел к двери и нажал на кнопку звонка. Слегка смущенная, Джейн двинулась за ним, сжимая в руках блокнот. Гейл открыл было рот, чтобы возразить, но потом решил согласиться.

– Ну, ладно, – сказал он. – Итак, через час в «Монсеньоре».

Дверь открыла пожилая угрюмая женщина, одетая во все черное.

– Мистер Клэнси дома?

Женщина отошла в сторону, Пуаро и Джейн вошли внутрь.