Эркюль Пуаро

А сколько ей может быть лет?

– Право же, не могу вам точно сказать. Что-то около двадцати четырех, двадцати пяти.

– Вряд ли нам как-то удастся связать ее с этим преступлением. Пожалуй, следует обратиться к вопросу о шантаже. Ни один из пассажиров не признался в знакомстве с мадам Жизель. Кто-то из них нагло лжет. Нужно выяснить, кто именно. Нам во многом помогли бы ее деловые бумаги. Как вы думаете, Фурнье?

– Друг мой, – ответил быстро француз, – сразу же, как только стало известно о ее смерти, я направился к ней домой.

– Сожгли? Но кто?

– У мадам Жизель была служанка Элиза, она ей очень доверяла. Элизе было приказано в случае несчастья с хозяйкой открыть сейф – секрет замка ей был известен – и сжечь все бумаги.

– Что? Но ведь это поразительно! – воскликнул Джепп.

– Дело в том, – сказал Фурнье, – что у мадам Жизель был свой закон чести. Она доверяла тем, кто доверял ей. Она обещала своим клиентам вести с ними честную игру.

Джепп, лишившись дара слова, только качал головой. Все четверо молчали, размышляя о странностях характера погибшей женщины.

Мэтр Тибо поднялся.

– Я должен вас покинуть, господа. У меня деловое свидание, которое я никак не могу отложить. Если вам понадобятся еще какие-нибудь сведения, я к вашим услугам в любое время. Адрес мой вам известен.

Он церемонно обменялся со всеми рукопожатиями и вышел.

Глава 7

ПРЕДПОЛОЖЕНИЯ

После ухода мэтра Тибо трое оставшихся сдвинули свои кресла поближе к столу.

– Что ж, продолжим, – сказал Джепп, сняв с ручки колпачок. – Итак, в самолете было одиннадцать пассажиров, вернее, не в самолете, а в хвостовом салоне. Остальные пассажиры в счет не идут. Итак, одиннадцать пассажиров и два стюарда, всего тринадцать человек, в их числе мосье Пуаро. Один из двенадцати убил женщину. Среди них есть англичане и французы. Французов я передаю в руки мосье Фурнье.

– Не только в Париже, – заметил Фурнье. – В летние месяцы Жизель занималась своими делами и на курортах, в Довиле, в Ле-Пине, в Вимрё. Она даже ездила на юг, в Антиб, Ниццу и другие места.

– Кстати, кто-то из пассажиров «Прометея» упоминал Ле-Пине, я это помню. На этом мы должны сосредоточить наши усилия.