Эркюль Пуаро

Нынче ведь на сцене играют бог знает что – тьфу!

Сэр Чарльз, который никоим образом не мог принять упрек полковника на свой счет, ибо никогда не играл в пьесах, способных оскорбить хороший вкус, держался со свойственной ему изящной непринужденностью. Когда он упомянул о цели их визита, полковник Джонсон с любезной готовностью рассказал им все, что было известно ему самому.

– Стало быть, он ваш друг? Какое несчастье. Какое непоправимое несчастье! У нас он пользовался большой известностью. Говорят, у него превосходный санаторий, да и сам сэр Бартоломью был отличнейший малый.

А уж о том, какой он знаменитый доктор, и говорить нечего. Благородный, великодушный, его все так уважали. Кому бы пришло в голову, что его могут убить! Но это именно убийство. Предполагать самоубийство нет никаких оснований, а о несчастном случае и речи быть не может.

– Мы с мистером Саттертвейтом только что из-за границы, – сказал сэр Чарльз, – и ничего толком не знаем. Так, кое-что из газет да разные слухи."

"– И вы, стало быть, хотите узнать все как можно подробнее? Ну что ж, я расскажу вам, как обстоят дела.

Думаю, прежде всего нам надо взяться за поиски дворецкого. Он появился тут совсем недавно, сэр Бартоломью нанял его недели две назад. После убийства он сразу исчез... испарился, как дым. Подозрительно, правда?

– И куда же он мог деться?

Красное от природы лицо полковника еще больше побагровело.

– Считаете, что это наш промах? Не удивлюсь, черт побери, если у вас сложилось такое впечатление. Разумеется, он был в числе подозреваемых.

.. как и все остальные. На наши вопросы он отвечал вполне удовлетворительно... Сообщил адрес агентства в Лондоне, через которое он получил место. Перед этим служил у сэра Горацио Бёрда. На допросе держался учтиво, никаких признаков волнения или беспокойства не проявлял. А потом исчез... И ведь за домом велось постоянное наблюдение. Мои ребята клянутся, что глаз не сомкнули, но я все равно устроил им хорошую выволочку.

– Поразительно, – заметил мистер Саттертвейт.

– Кроме всего прочего, – задумчиво проговорил сэр Чарльз, – с его стороны это страшная глупость. Он же понимал, что его ни в чем не подозревают. А своим дурацким побегом только привлек к себе внимание.

– Совершенно верно. Но пусть не надеется – ему от нас не скрыться. Его приметы разосланы повсюду. Не пройдет и нескольких дней, как его задержат.

– Очень странно, – сказал сэр Чарльз. – Ничего не понимаю.

– О нет! Причина-то ясна. Нервы сдали. Испугался.