Эркюль Пуаро

Понимаете, о чем я?

– Понимаю, – сказал мистер Саттертвейт. – Вы не радуетесь жизни.

– Совершенно верно, – кивнул Пуаро и, глядя на своего собеседника, подумал про себя: «До чего же он похож на доброго гнома!»

И впрямь, на маленьком сморщенном личике мистера Саттертвейта выражалось живое сочувствие, глаза щурились в добродушно-лукавой улыбке. «Сказать? Или все-таки промолчать?» – прикидывал он.

Потом подчеркнуто неторопливо он развернул газету, которую все еще держал в руках.

– Вы уже видели это, мосье Пуаро? – сказал он, указывая на сообщение о смерти сэра Бартоломью.

Пуаро взял газету. Мистер Саттертвейт внимательно наблюдал за ним. Лицо маленького бельгийца было непроницаемо, однако чувствовалось, что он весь напрягся, как терьер, учуявший в норе крысу.

Эркюль Пуаро еще раз пробежал глазами сообщение, сложил газету и вернул ее мистеру Саттертвейту.

– Любопытно, – сказал он.

– Да. Похоже, сэр Чарльз был прав, а мы все ошибались."

"– Да, – кивнул Пуаро, – кажется, мы ошибались.

.. Признаться, мой друг, мне не верилось, что кто-то мог убить этого безобидного старика... Что ж, вероятно, я ошибся... Хотя, понимаете, не исключено, что вторая смерть – просто совпадение. Иногда случаются самые удивительные совпадения! Это говорю вам я, Эркюль Пуаро.

Он помолчал, потом снова задумчиво заговорил:

– Видимо, сэр Чарльз Картрайт интуитивно угадал правду. Он ведь актер... А они так тонко все воспринимают, так впечатлительны, живут чувствами, а не рассудком.

Как правило, в жизни это ни к чему хорошему не приводит, но иногда оказывает неоценимую услугу. Кстати, а где сейчас сэр Чарльз?

Мистер Саттертвейт улыбнулся.

– Могу сказать совершенно точно. Пошел в железнодорожную контору. Мы с ним сегодня возвращаемся в Англию.

– Ага... – многозначительно сказал мосье Пуаро. Его острый, чуть насмешливый взгляд, казалось, спрашивал: «Откуда у нашего славного сэра Чарльза такая прыть? Решил все-таки разыграть роль сыщика-любителя? Или тут что-то другое?»

Мистер Саттертвейт никак не ответил на этот невысказанный вопрос, но его молчание было столь красноречиво, что мосье Пуаро угадал ответ.

– Понимаю, – сказал он, – Прелестные глазки мадемуазель Литтон Гор играют тут не последнюю роль. Сэр Чарльз руководствуется не только чувством долга, не правда ли?

– Видите ли, мисс Литтон Гор написала ему и просила вернуться.

Пуаро кивнул.

– Любопытно, – сказал он. – Никак не могу понять...