Ермак

Каких-либо сведений о неблагонадёжности Головачева не имеется, – кратко доложил граф.

– Хм-м… Интересная кандидатура. Надо подумать. С Алениным его связывает дружба, Илларион Иванович?

– Можно сказать и так. Но точнее – Головачев стал наставником Аленина. Много занимался с ним индивидуально. Вместе написали работу по тактике. Думаю, это и послужило тому, что Аленин назвал фамилию данного офицера.

– Значит, Аленин собирается у Головачева занять то же место, что полковник Ширинкин у Петра Александровича? И своих казачат планирует к себе в секретную часть забрать?

– Планирует, государь.

– А знаете, Илларион Иванович, ведь может получиться неплохой тандем. Но над кандидатурой Головачева я ещё подумаю. Как он прибудет в столицу, ко мне на приём.

– Слушаюсь, государь, – его сиятельство склонил голову в поклоне.

– А как проходит обучение Аленина у Евгения Никифоровича? – с улыбкой поинтересовался император.

– Государь, здесь ещё неизвестно, кто кого учит. Петр Александрович наверняка вам докладывал.

– Докладывал и докладывает.

– Позвольте, государь, доложу краткую обобщающую выдержку обучения Аленина у полковника Ширинкина, – получив кивок согласия от самодержца, Воронцов-Дашков продолжил: – Около двух месяцев назад Аленин был отозван из отпуска и направлен на обучение в службу генерал-лейтенанта Черевина, так как первоначально отъезд наследника на Дальний Восток планировался в ноябре этого года.

– Это мне рассказывали, и неоднократно. Кого-то из лакеев, захваченного Алениным, пришлось перевести в Зимний, так как тот стал бояться ночью ходить по Гатчинскому дворцу, – улыбнулся император. – Да и подполковник Мозалев, говорят, по ночам теперь плохо спит.