Ермак

Старшаки также показали, как часовой отбивается от трёх одновременно нападавших противников.

Представление вышло зрелищным. В толпе, окружившей место выступления, то и дело раздавались вскрики и ядрёные комментарии, после наиболее эффектных ударов, от которых «нападавшие» разлетались, как кегли в боулинге.

Представление закончилось, и казачата заняли свои места в пяти четверках, развернувшись лицом к цесаревичу и его свите.

«К оружию!» – рявкнул Лис, и учащие школы через несколько секунд стояли у своих винтовок и шашек.

«Оружие поднять!» – прозвучала новая команда Ромки.

Выступающие, синхронно поднимая с земли сначала шашку, потом винтовку, вооружились и застыли.

«В две шеренги становись!» – новая команда Лиса, обозначившего место построения. После, казалось, хаотичных перемещений ребята застыли в неподвижном строю.

Среди окруживших, в некотором отдалении от цесаревича и свиты, казаков и казачек раздались редкие крики «любо», но быстро смолкли.

Цесаревич Николай в какой-то задумчивости смотрел на строй учеников Казачьей школы станицы Черняева, потом, мотнув головой, обратился ко мне:

– Тимофей, попроси кого-нибудь из казачат подойти ко мне.

– Шохирев Георгий, к его императорскому высочеству, бегом! – скомандовал я.

Шах сорвался из строя и, не добежав до цесаревича пяти-шести шагов, перешёл на строевой шаг. Остановившись за два шага от цесаревича, вытянулся и чётко доложил: «Ваше императорское высочество, Шохирев Георгий по вашему приказанию прибыл!»

– Покажи свой кинжал, казак, – приказал цесаревич Шаху.

Шохирев, вынув из ножен кинжал, протянул его наследнику государя рукояткой вперёд. Николай взял кинжал, сделав знак другой рукой дёрнувшемуся есаулу Вершинину оставаться на месте.

Цесаревич аккуратно провёл пальцем по кромке лезвия и попробовал остроту кончика кинжала.

– Тимофей, у всех учеников школы в строю боевые кинжалы? – спросил меня наследник, возвращая Шаху кинжал и взмахом руки отправляя Шохирева в строй.

– Так точно, ваше императорское высочество. В течение последнего года мы постарались, чтобы у всех учеников школы были однотипные кинжалы, которые в тысяча восемьсот сороковом году были приняты на вооружение казаков тогда ещё Черноморского казачьего войска. Они очень удобные, – ответил я.

– Я не о том хотел спросить, Тимофей. Все эти выступления, приёмы, бои ученики школы проводили с настоящим, боевым оружием?

– Так точно, ваше императорское высочество.