Ермак

Дождавшись, когда Буревой выйдет на площадку линии огня, Шохирев скомандовал «смирно» и побежал докладывать:"

"– Господин войсковой старшина, по вашему приказанию на линии огня готовятся к проведению стрельб восемью патронами на один флаг по одной мишени. Старший на линии огня вахмистр Шохирев.

Митяй Широкий сделал шаг в сторону, освобождая дорогу Буревому.

– Вольно! – кратко отдав честь, пробасил войсковой старшина и двинулся вдоль по линии огня. – Показывай, вахмистр, как готовитесь.

– Во-о-ольно!!! В настоящий момент урядник Башуров получил и осматривает восемь патронов для карабина казака Аленина, – начал Шохирев, сопровождая своего заместителя командира полка.

– Казака? – остановился Буревой, вглядываясь в лицо вахмистра.

– Так точно, господин войсковой старшина! – вытянулся во фрунт Шохирев. – Те из казаков, кто видел, что Тимофей Аленин совершил на берегу Амура, когда отбивался от хунхузов, давно его считают казаком, несмотря на возраст.

– Хм-м… Интересно. Продолжайте, вахмистр.

– Сейчас кто-то из махальных вместе со старшим махальным отнесут лист к мишени, и по команде Аленин на один флаг отстреляется восемью патронами.

– Это хорошо. Только лист на мишень прикрепит… – Буревой повернулся к свите. – Корнет Блинов, не в службу, а в дружбу – прикрепите лист к мишени и потом назад его принесите.

– Слушаюсь, господин войсковой старшина!

Корнет отделился от свиты и вместе с приказным Даниловым, который по знаку Шохирева прибежал от группы урядников, пошли к столу секретаря стрельб, где находились махальные.

Все это время Буревой, остановившийся посредине линии огня на шесть мишеней, стоял, заложив руки за спину и покачиваясь с пятки на носок и обратно.