Эркюль Пуаро

– Беспокоюсь? Ах, Саймон!..

– Для этого я тебя и звал. Все в порядке, старина. Ты вчера пособачилась немного – хватила лишку. С кем не бывает.

– Ах, Саймон, я же могла тебя убить!

– Прямо! Из этого пугача?

– А нога?! Еще как ты будешь ходить...

– Слушай, Джеки, не разводи сырость. В Асуане мне сразу сделают рентген, выковырнут твою оловянную пуговицу – и я запрыгаю.

Жаклин всхлипнула раз, другой, рванувшись вперед, упала на колени перед койкой, зарылась лицом в одеяло и разрыдалась. Саймон неловко поворошил ей волосы.

Он еще слышал приглушенные стенания:"

"– Как же я оказалась такой гадиной? Ах, Саймон... я так раскаиваюсь...

На палубе стояла Корнелия Робсон, опершись на поручень. Она повернулась в его сторону:

– A-а, это вы, мосье Пуаро. Какая все-таки дикость, что именно сегодня такой прелестный день.

Пуаро посмотрел на небо.

– Когда сверкает солнце, мы не видим луны, – сказал он. – А когда солнце ушло.

Корнелия смотрела на него, раскрыв рот.

– Простите?

– Я говорю, мадемуазель, что, когда солнце ушло, мы наконец видим луну. Разве не так?

– Так, конечно... Конечно, так.

Она растерянно глядела на него.

Пуаро тихо рассмеялся.

– Я несу околесицу, – сказал он. – Не обращайте внимания.

И он двинулся дальше, к корме. У следующей каюты он задержался. Из-за двери доносились обрывки разговора.

– Полнейшая неблагодарность – после всего, что я сделала для тебя – никакого внимания к несчастной матери – ни малейшего представления, как я страдаю.

У Пуаро жестко подобрались губы. Он поднял руку и постучал.

За дверью испуганно умолкли, и голос миссис Оттерборн отозвался:

– Кто там?

– Мадемуазель Розали у себя?

В дверях возникла Розали. Пуаро содрогнулся от ее вида: темные круги вод глазами, скорбные линии у рта.

– В чем дело? – нелюбезно сказала она. – Что вам угодно?

– Доставить себе удовольствие от краткой беседы с вами, мадемуазель.

Она сразу надула губы. Метнула на него подозрительный взгляд.

– Это обязательно?

– Я умоляю вас, мадемуазель.

– Ну, если...

Она вышла на палубу и закрыла за собой дверь.

– Так – что?

Пуаро осторожно взял ее под руку и повлек к корме. Они миновали душевые комнаты и свернули. На корме никого не было. Позади бурлил Нил.

Пуаро облокотился на поручень. Розали напряженно застыла рядом.

– Так – что? – повторила она тем же нелюбезным тоном.