Тринадцатый VI (СИ)

А насколько удалось выяснить моим призрачным шпионам, охранники в тюрьме тоже планировали отвлечься от работы. Да, раз уж у меня осталось одиннадцать фломастеров, половина из которых постоянно находилась у меня, грех было не пристроить.

Да и оказалось, что летучие мыши прекрасно подбрасывают фломастеры на крышу. Можно было и перепривязать призраков. Но зачем? Кто станет искать фломастер на крыше тюрьмы? Никто. Так, за последние дни и осуществлялась разведка, с чем мне помогли Лесси и Евгений.

Пока летучие мыши показали себя как самые эффективные питомцы для шпионажа.

Теперь помимо призрачных шпионов, предстояло доставить себя самого в тюрьму. Но, как говорится в любом фильме про побег: попасть в тюрьму несложно, сложно потом выбраться оттуда. Живым.

Особенно просто попасть туда, когда ты заранее озадачился планом здания, а твой друг-хакер выудил схему подземелья Москвы из имперского архива. Полного плана подземелий не существовало, как и в Смоленске, а всё из-за того, что стены в некоторых местах имели свойство оживать и меняться.

Файл находился в архиве под грифом «секретно» вместе с прочими имперскими тайнами. И мне тогда пришлось останавливать Серёгу, чтобы он не скачивал их все. Ведь там полно знаний, за которые могут убить.

Обе схемы легко накладывались друг на друга, а вскрыть запечатанный проход — не проблема для любого мага.

Оставалось всего шесть часов до нового года. Я спустился в подземелье. Приехал на такси инкогнито, подождал, пока машина уедет, и зашёл в здание заброшенного склада. Его давно пора было снести, но этого почему-то до сих пор не сделали. Видимо, бюджет экономят, земля возле стен не пользуется сильной популярностью у москвичей, хоть и остаётся стабильно дорогой.

Голицыну я не говорил, просто нашёл ближайший выход на карте. Это были уже не его подземелья.

Сама тюрьма находилась на окраине, на границе с защитной стеной, поэтому в местных катакомбах не было ничего интересного.

Я шёл по старому коридору, освещая себе путь обычным электрическим фонариком. На этот раз решил взять и его, поскольку телефон оказался не бессмертным.

— Так забавно.