Измена. Право на любовь

— Предупреди Виту, что сегодня придут заключать договор из охранного агентства, — от строгого голоса Артура прокатывается по спине слабость.

— А больше ты ничего не хочешь сказать? — Татьяна Михайловна подносит телефон к губам. — И помню я про охрану.

Вздыхаю и устало массирую переносицу. Я же говорила, он приложил руку ко многим вопросам. И да, я уверена, что он пришлет отличных крепких ребят с хорошим опытом, которым не будут страшны неадекватные бывшие мужья и родственники.

— Я уже все ей сказал, — звучит из динамиков мрачный голос Артура.

— А повторить не судьба? — зло фыркает в телефон Татьяна Михайловна.

Ждет минуту ответа, не получает его и сердито возвращает смартфон в сумку.

— Какой вредный, а? И ты такая же. Вот уж точно два сапога - пара. Всё, — хватает меня за руку, — показывай, что у тебя тут. Может, я тоже возьму и сбегу сюда от мужа.

Через час Татьяна Михайловна покидает меня. И когда я хочу побеседовать со своими сотрудниками, обсудить дальнейшие планы и узнать поближе молодых и восхищенных волонтеров, я получаю сообщение:

“Я хотел бы быть сейчас рядом с тобой”

— Вита, — меня отвлекает Катя, студентка медицинского.

— Можешь, почему нет?

Краснеет до кончиков своих маленьких аккуратных ушек:

— Я хочу собрать огромный букет, будто мне кто-то подарил сто одну розу… Но их тут куда больше. Я со счета сбилась.

— Хочешь, можешь их забрать, — прячу телефон в карман.

Вика и Света в сторонке вытягивают шеи и переглядываются.

— Забирайте, — пожимаю плечами и шагаю в коридор, что приведет меня в мой крохотный кабинет. — Они же в любом случае завянут, и их придется выбрасывать.

— Они вам не понравились? — удивленно охает Катя.

— Меня мутит от их запаха, — невесело усмехаюсь я и закидываю в рот кислую лимонную карамельку, к которым я пристрастилась в последние недели, — до тошноты, а ими тут все пропахло. Надо бы проветрить.

Глава 40. Лимон с морской солью

— Да чтоб тебя! — рявкаю я на пороге центра.

Опять весь холл в цветах. Теперь это пионы. Целый вагон розовых пионов. Густой аромат забивает носоглотку, и к горлу подкатывай ком тошноты.

— Еще и весь коридор в цветах, — шепчет катя за стойкой. — Очень красиво. Мы уже все перефоткались.

— Вынесите их на улицу! — в истерике вскрикиваю я и прижимаю платок к носу. — это же невыносимо! Дышать нечем! — перевожу на двух охранников у диванчика в углу.