Эра Стрельца

– Почему ко мне?

– Я хотел вас спросить, Лена – она какая?

– Какая бы ни была… Я слова о ней плохого не скажу!

– Ну хорошо. А о Лилии Мильто?

– При чем здесь Лиля?

– Вы ее знали?

– Конечно. А почему знала? Почему вы употребили прошедшее время? Неужели это ее… – Саша громко ахнула, зажав ладошкой рот.

Больше всего он хотел сейчас прижать эту ладошку к губам. Рядом с этой женщиной Леонидов глупел катастрофически и не мог найти противоядие от глупости.

– Да, ее убили. Задушили. Скажите, какие у них были отношения с вашей сестрой? Они были подругами? Близкими? Насколько?

– Для Лены это скорее была дружба по расчету, – нехотя сказала Александра.

 – Родители Лили занимали ответственные посты… Раньше. Они ни в чем не нуждались. У Лили были красивые и дорогие вещи. Она пользовалась успехом у ребят. Лена очень старалась. «Мы с Лилей» слышалось буквально на каждом шагу. «Мы с Лилей идем на дискотеку», «Мы с Лилей идем на просмотр самого модного фильма», «Мы с Лилей встречаемся с самым красивым мальчиком в школе». В уме моей сестре не откажешь. Она не красавица, но дружит всегда с самыми эффектными девочками. В бар или в ресторан в одиночку ведь не пойдешь. Ходят парами, и молодые люди тоже. Знакомятся, вместе проводят время.

– Значит, они вместе ходили в рестораны?

– Я не знаю. Знаю только, что у Лены много дорогих вещей. Что она любит тратить деньги. Ездила на курорты. За границу. Но с кем, я не знаю.

– А отношения с родителями? Они ладили?

– Не хочется об этом говорить. Мамы больше нет. И папы, – тихо сказала Александра.

– Я понимаю. Не из любопытства вас спрашиваю, Александра Викторовна, поймите. Мне хочется понять, что за человек ваша сестра. Почему в тот вечер она даже не забеспокоилась, когда отец с матерью не вернулись из театра к полуночи? Вам не кажется это странным?

– Они не ладили, – тихо сказала Александра. – Лена… человек сложный. Я чувствую себя виноватой. По отношению к сестре. При размене мне досталась отдельная квартира, пусть однокомнатная, но… Она жила с родителями и все время жаловалась, что нет никакой личной жизни.

Нельзя никого привести в дом, имеется в виду мужчина, нельзя устроить вечеринку, позвать гостей. Она хотела жить ярко, шумно. Кстати, часов в десять вечера она позвонила мне, спросила, не у нас ли родители. Я удивилась. У нас тесновато, и мама с папой никогда не оставались ночевать."

"– А когда узнала, что их нет? Испугалась?

– Похоже, что нет. Сказала: «Странно, странно…» и тут же повесила трубку. Вот я испугалась.